А вам сейчас даю свой завет: «Бей неприятеля, не щадя ни его, ни себя самого, держись зло, дерись до смерти, побеждает тот, кто меньше себя жалеет!» И помните: «Мы русские, мы всех одолеем!»

* * *– Господа, а давайте представим себя на месте противника, – предложил на военном совете Суворов. – Иван Григорьевич, ну, вот вы, скажем, паша, а все остальные – это его советники, в том числе и грамотные французские офицеры. И что бы вы делали, чтобы взять приступом нашу крепость?

Помощник командующего, генерал-майор фон Рек, окинул взглядом большую карту с планом укреплений и всех ее окрестностей.

– Я бы сковал наши силы в крепости их многочисленным флотом и под прикрытием корабельных пушек начал десантную высадку вдали от нее. Выбить турок в море мы бы не смогли. Попробуй только выйди из самой крепости – и они нас тут же перемешают с песком своими ядрами и картечью."

"– Вот! Совершенно верно! – воскликнул Суворов. – Турки абсолютно уверены в том, что они превосходят нас как в убойности, так и в плотности, да и в самой дальности ведения орудийного огня. Их корабельная артиллерия, словно бы дамоклов меч, нависает сейчас над нами.

Отойди мы всего на полверсты от своих бастионов – и на нас можно насесть, уже даже и вовсе не боясь огня крепостных орудий. И этот факт французские советники, разрабатывая план штурма, уверяю вас, господа, будут непременно учитывать. Мою атакующую манеру ведения сражений они все прекрасно знают. И тут, по их мнению, я или поведу свои войска вперед, напропалую, в бой, попав в огневой мешок. Или же, подавленный такой вот огромной огневой мощью, все-таки испугаюсь очевидного и запрусь внутри стен. И вот тогда нас уже можно будет взять в крепости штурмом. В любом случае, навязывая свою манеру ведения баталии, они лишают нас главного преимущества – это проводить свои самостоятельные атакующие действия. По их мнению, мы будем вынуждены только лишь отвечать им, лишенные всякой свободы маневра из-за сильного флота. Мне же сие совершенно не подходит. Я не согласен даже и на вялую победу в обороне. Нет, нет и еще раз нет, господа, неприятель должен быть разгромлен решительно и наголову, а таковая победа добывается только лишь в атаке. Поэтому доводите эту мысль и до всех своих подчиненных. И помните три воинских искусства: первое – это глазомер, второе – быстрота, а третье – натиск. Будем применять их все три в бою!

* * *В ночь на 28 сентября по своим дозорам и пикетам выходили казачьи сотни и егеря. Несколько раз уже за последние дни отгоняли они от песчаного берега баркасы турок, но те все продолжали настырно кружить, проводя разведку.

Седьмое отделение четвертой роты несло караульную службу ближе к оконечности косы. Егеря, разбившись по парам, тихонько переговаривались и слушали ночь.