Каждый раз после его непродолжительного отсутствия приходилось буквально заново восстанавливать замок.

Рейн знал, о чем подумал Гевин, и весело крикнул ему вслед:

— Надеюсь, ты найдешь себе какую-нибудь работу.

Гевин опять не понял, что подразумевал Рейн, но решил не заострять на этом внимания и вышел из дома. Он пребывал в страшной ярости оттого, что его мечты были так жестоко разрушены. Однако у него оставалась некоторая надежда. Джудит обрадуется его возвращению, когда он решит все возникшие в его отсутствие проблемы.

Когда сегодня утром Гевин ехал через внутренний и внешний дворы, мечтая поскорее вернуться к рыдающей жене, он не заметил никаких изменений.

Сейчас же он видел, что кое-какие перемены все же произошли. Здания во внешнем дворе выглядели чище — чуть ли не новыми, как будто в них заделали все щели и побелили. Да и сточные канавы, тянувшиеся за домами, выглядели так, будто их недавно вычистили.

Гевин остановился возле конюшен. Здесь содержались соколы — дербники, сапсаны, ястребы, балобаны, кречеты. Сокольничий стоял перед зданием и крутил вабик[7] вокруг ястреба, который был за лапку привязан к шесту.

— Это новый вабик, Саймон? — спросил Гевин.

— Да, милорд. Он поменьше, и его легче крутить. Это заставляет птиц лететь быстрее и правильнее определять цель.

— Отличная идея, — одобрил Гевин.

— Это не моя идея, сэр, это идея леди Джудит. Она предложила такой вабик. Гевин был поражен.

— Леди Джудит рассказала тебе, главному сокольничему, о новом вабике?

— Да, милорд. — Саймон улыбнулся, приоткрыв щербатый рот. — Я не настолько стар, чтобы не разобраться, хороша ли идея. Миледи так же находчива, как и красива. Пришла сюда в первое же утро и долго наблюдала за мной.

Потом очень ласково сделала несколько предложений. Зайдите внутрь, милорд, и взгляните на новые насесты. Леди Джудит сказала, что от старых у птиц болят лапы. В насест забираются крохотные клещи и кусают птиц. — Саймон направился к зданию, но Гевин не последовал за ним. — Вы не хотите посмотреть? — удрученно спросил он.

Гевин никак не мог прийти в себя оттого, что его своенравный сокольничий принял совет женщины. Он сам, как и его отец, сотни раз рекомендовал Саймону сделать кое-какие усовершенствования, но тот ни на что не соглашался.

— Нет, — ответил Гевин. — В другой раз посмотрю, что придумала моя жена. — Он не смог скрыть прозвучавшего в его голосе сарказма.

Кто дал право этой девчонке распоряжаться на его конюшне? Естественно, соколиная охота нравится женщинам не меньше, чем мужчинам, и, естественно, у Джудит будет собственный сокол, но забота о птицах — прерогатива мужчин.

— Мой господин! — позвала Гевина крепостная девушка, которая зарделась, стоило ему обратить на нее сердитый взгляд.