Важное, говорит, надо сказать, — шёпотом им говорю.

— Включай громкую, всё равно пересказывать будешь, так быстрее узнаем.

— Я Вас слушаю?

— Эля, прости меня за всё, — печально произносит.

— Вы что, помирать собрались? Что за умирающий голос? — подбадриваю её и смотрю на Серёжу, пожимая плечами. — Я на Вас обид не держу.

— Эля, я раньше… До этого теста… Была уверена, что Варвара не моя внучка. — Неля и Миша прекратили разговаривать, Аня притихла, мы с Сергеем напряглись.

— Ты меня слышишь, Эля?

— Слышу. Что Вы хотите этим сказать?

— Сегодня я узнала, что мой сын — не отец Вари.

Мы все начали обеспокоенно переглядываться.

— … Эля, он подделал тест на отцовство, — громко плачет. — Я так виновата перед тобой, прости меня.

Мы все сидим в полном шоке, как вкопанные.

Слова бывшей свекрови пронзили меня, как молния. Дальше я не слушала, что она говорила. Я выжидательно взглянула на Сергея — он всё слышал. Его лицо сильно побледнело, он попытался улыбнуться, но не смог. Слёзы покатились по его щекам. В этот момент я поняла, что его переполняют бурные эмоции. Я тоже не могла сдержать слёз. Они потекли по моему лицу, горячие и соленые, словно огненные струйки, омывающие мою душу.

Мы оба плакали. Серёжа расцеловал сонную Варюшку в розовые щёчки, прижал её к груди.

— Нелечка, может, тебе тоже кто-нибудь позвонит и скажет, что Артёмка мой сын? — шутит, прорывая драматический кружок.

— Дурак? — толкает его в плечо.

Я обняла их и расплакалась. Сердце наполнилось любовью. Этот момент стал для нас важным. Мы стали настоящей семьёй, и ничто не могло этого изменить."