— Да, тебя это удивляет?

— Не торопись делать этот шаг, — недолго поразмыслив, заявляю, — я хочу быть отцом и мужем, я долго думал и всё решил, — сердце застучало быстрее от мысли, что она может отказать.

Она вздохнула. Секунды молчания.

— Когда-то я мечтала, что ты скажешь мне эти слова…

— Ну вот, говорю… Выходи за меня, Неля!

— Я не могу, я полюбила другого.

— Неля, пожалуйста! Ты совершаешь большую ошибку!

— Прости.

Положила трубку. Вот стерва… Так гадко стало на душе. Нашла она там уже кого-то. Что-то не верится. Врёт?

Набираю второй номер.

— Слушаю.

— Антон, привет. Как жизнь? — пытаюсь говорить непринуждённо.

— Ты звонишь опять о чём-то просить? — его голос звучит холодно.

— Ну почему сразу просить? Я просто хотел поговорить с лучшим другом, узнать как дела?

— У меня десять месяцев назад лучший друг умер. Прямо в моём кабинете.

Словно ножом по сердцу. У меня всё-таки тоже есть чувства.

— Ну Антоха, прости! Хватит обижаться, ну подделал тест, никто не умер.

— Ты меня шантажировал и угрожал! Лучшие друзья так не делают! Вот живут люди и думают, что родной отец — не родной. Что мы натворили, понимаешь?

Я вздыхаю, пытаясь подобрать правильные слова.

— Да забудь ты про это. Это для него наказание, на всю его оставшуюся жизнь.

— А то, что меня из-за этого уволили, тоже забыть?

— Ты профессионал своего дела, без работы не останешься. Что заладил?

— Ну всё, это край, Игорь. Забудь этот номер. Нет у тебя друга, запомни.

Бросает трубку.

— Это что сейчас было, сынок?

— Что было? О чём ты?

Когда я закончил разговор с Антоном, я даже не заметил, как мама вошла в комнату. Она стояла в дверях с широко раскрытыми глазами, полными недоумения и гнева.

— Всё-таки ты заставил Антона подделать этот тест?

— Началось… Мать, этот подонок должен ответить, так или иначе.

— Я десять месяцев привыкала к внучке, она уже моя, понимаешь? Ты хоть представляешь, каково мне?

— Никто не узнает, продолжишь нянчиться с ней.

— … Нелю не смог удержать, а ведь любила тебя дурака. Жили бы сейчас, внучок под боком был бы, а сейчас живёт с чужим мужиком сын твой родной.

— Ну всё, не причитай. Иди-иди, мама, — машу на неё руками.

— Я пойду, пойду, сынок… — странно посмотрела на меня.

* * *— Ань, дай дочку. Кажется, твой сын проснулся. Иди давай, а то сейчас плакать начнёт, — забирает Варюшку и прижимает к её себе, она мило кладёт головку на плечо.

Мы сидим в гостиной, Миша и Неля воркуются на диване.

Подхожу поправить кофточку Варе. Телефон зазвонил."

"— Кто там? Отдохнуть не дают. Опять по работе? — ворчит Сергей.

— Алла Леонидовна, — пожимаю плечами, — соскучилась, наверное, по внукам.

— Да, Алла Леонидовна?

— Эля, добрый день! Надо сказать тебе кое-что важное…

Зажимаю трубку рукой, чтобы она не слышала.

— Какая-то озабоченная.