* * *Я вся дрожала, то ли от напряжения, то ли от страха услышать ответ. Поездка до офиса прошла как в тумане — я все прокручивала и прокручивала в голове разговор с Кравцовым, но так и не подобрала нормальный вариант.

— Почему ты молчишь? — прошептала я, наблюдая за тем, как он поднимается со своего места, обходит стол и приближается ко мне. — Скажи мне все так, как есть!

— Успокойся, — спокойно произнес он, а потом снял с меня верхнюю одежду и усадил на диван. — Давай начнем с того, откуда ты об этом узнала.

Пройдя к двери, мужчина закрыл ее на ключ, вернулся к своему столу и налил стакан воды, который потом протянул мне.

Я взяла его и выпила все до дна.

— Нина, — произнесла я лишь одно слово и всхлипнула, крутя пустой стакан в руках.

Борис хмыкнул и присел рядом со мной.

— Я почему-то не удивлен, — проговорил он и вздохнул. — Да, я когда-то любил твою мать. Ты это хотела услышать?

Да, я хотела это услышать и понять, лгала ли мне Нина. Наверное, мне эта правда и не даст ничего, но еще на пару вопросом я хотела услышать ответы.

— Хорошо, — произнесла я и посмотрела на мужчину. — А почему… почему ты теперь решил приударить за мной? Это из-за того, что я на нее похожа или это какая-то месть?

Честно признаться, я очень хотела услышать четкое «нет», на остальное мне было плевать.

Кравцов вздохнул, забрал у меня стакан и поставил его на пол, после чего взял меня за руку и сжал ее. Его ладони оказались такими горячими, что я невольно вздрогнула, потому что мои собственные были почти ледяными.

— Да, ты действительно похожа на мать и я это сразу заметил, — подтвердил мои худшие опасения Борис. — Заметил еще пять лет назад, когда последний раз приходил к твоему отцу. У тебя ее глаза и улыбка.

— Но ведь я — не она, — прошептала, потому что голос уже совсем не слушался, а по щекам и вовсе заскользили слезы. — Я не моя мать, понимаешь? Я другая!.."

"— Я знаю, — ответил Кравцов и смахнул с моего лица слезы. — Когда ты появилась в моем доме, я пытался держаться от тебя подальше, но все равно поддался соблазну. Прости меня за это.

Мои губы дрогнули, а слезы хлынули с большей силой. В этот раз они были такими обжигающими, что причиняли мне боль, но она была такой ничтожной, по сравнению с той, что сидела внутри, поэтому я ее почти не замечала.

Даже не знаю, откуда я взяла в себе силы задать еще один вопрос, зная наверняка, что ответ на него снова может ранить.

— Скажи мне, а о ком ты думаешь, когда целуешь меня?

К своему удивлению я поняла, что испытывала ревность к давным-давно погибшей матери и поэтому почувствовала себя очень мерзко. Но даже не смотря на это, я не хотела думать, что глядя на меня Борис видит мою мать.