– Многие жертвы изнасилования не могут описать того, кто на них напал. А примерно одна треть пострадавших не помнит вообще ничего. Вышла вечером с работы, поехала домой и очнулась в больнице. Все. Психологу приходится постараться, чтобы снять блок и получить описание преступника.

– Веня, тебе было плохо в детдоме, – грустно сказал я.

– Очень, – признался Гога. – Там нормально кормили, воспитатели к нам хорошо относились, директор был замечательный, о детях радел. Но… мамы-то нет! Я тосковал по ней, по дяде Коле, по Павлу Ивановичу, по Ване, даже по Николетте, которая меня недолюбливала. Каждый день ждал: вот дверь откроется, и они все придут и меня заберут.

– Ужасно, – прошептала Татьяна, – так жалко деток, которые в интернатах оказались. Слава богу, я жива и могу позаботиться о Настюше.

Боря встал."

"– Хорошо, когда есть добрый родственник. Анастасии повезло и Кате тоже. Девочка по документам старшая сестра Ольги и Федора. Она в подростковом возрасте оказалась на попечении Варвары Сергеевны Полкановой. Мать Ольги звали Софьей Сергеевной Полкановой, Катю она родила до брака с Андреем Алексеевичем. Алтарник удочерил ребенка, когда женился на Софье.

– Она может быть его родной дочкой, – заметила Таня.

– К сожалению, до метрики Екатерины я не добрался, – признался Боря, – но нам удалось пригласить сюда Екатерину Андреевну. Сейчас…

Раздался звонок в дверь, Борис вскочил и исчез за дверью.

– Это она, – улыбнулся я.

Спустя минут пять в комнату вошла хорошо одетая дама, она посмотрела на присутствующих и спросила:

– Федор кто?

Священник поднялся.

– Здравствуйте.

– Тебя и не узнать, – улыбнулась Катя. – Рада, что мой брат жив и здоров. Надеюсь, после того, как я стала жить у Варвары, тебе не сильно доставалось от отца. Он зло обходился с детьми.

– Нас с Олей воспитывали сурово, – сказал Федор.

– А я сбежала, – улыбнулась Катя, – оказалась не по годам умной. Иван Павлович попросил меня вам эту историю рассказать. Но я никого из вас тут не знаю, кроме Бориса и его хозяина, а теперь еще и Федора. Кто вы?

Таня подняла руку:

– Я сестра Якова, мужа Ольги.

– Сестра мужа моей сестры, – повторила Катя. – Я Олю никогда не видела, она родилась после моего отъезда в Москву. А Феде я служила нянькой. Сколько себя помню, мечтала сбежать к тете Варе. Она в Москве хорошую квартиру имела, работала в школе. Добрая была очень. Не то что отец!

– Будто это Настя рассказывает, – вздохнула Татьяна.

– Слух у меня острый, – продолжала Катя, – жили все в одной избе, места в ней было мало. Андрей Алексеевич на язык был невоздержанный, вечно на жену и меня орал. Лет в семь я узнала, что они с мамой поженились, когда мне уже два года исполнилось. Папаша не собирался с Софьей жизнь связывать, просто спал с ней.