Первая мысль, которая пришла, когда удивление начало отпускать: в доме только необходимая мебель. Кухня, стол, стулья, диван с креслами и пара журнальных столиков. Ну, ещё телевизор. А каких-то мелочей, создающих атмосферу домашнего очага, и в помине нет.

Дима наблюдал за тем, как она оглядывается, по лицу Марины понял, что она несколько обескуражена, и решил пояснить:

— Всё, что видите, в доме было при покупке. Некогда было заниматься разными глупостями.

— Понятно."

"— Я попросил секретаршу, завтра привезут каталоги, посмотрите, выберете, что понравится, что надо… — Он в упор на неё посмотрел.

 — Всё на ваш вкус, Марина Николаевна.

Она совсем как Элька рот открыла и замерла, на него глядя.

— Зачем? И так хорошо…

Гранович усмехнулся.

— Это ваш дом, Марина. Обустраивайте, чтобы вам и детям было удобно.

— А вы…

— А я здесь в гостях. — Он прошёл мимо неё, убрал с дивана коробки и предложил ребёнка усадить. Марина Элю осторожно на диван опустила. Та на ноги встала, к спинке прислонилась, и палец в рот сунула. И снова на Дмитрия огромными глазами уставилась, не обращая внимания на то, что взрослый мужчина от этого взгляда нервничает.

 — Поживу некоторое время, пока вы не устроитесь, не привыкнете, Николай Викторович просил. А потом сниму другое жильё. Это не проблема.

Послышался жуткий топот. Антон вниз по лестнице сбежал и сообщил:

— Мама, там целых пять комнат. Пять!

Марина устремила на него предостерегающий взгляд.

— Я очень рада.

— Я тоже. С Элькой я точно больше жить не буду!

Марина заметила, как Гранович усмехнулся, отвернулась от него, а сыну ничего не ответила.

Эля за неё уцепилась, подпрыгивать начала, и Марина поняла, что в туалет хочет, но при чужом мужчине молчит. И дело было не в том, что стеснялась, она вообще при чужих всегда молчала. Дочку забрала и ушла наверх.

К вечеру вещей внизу значительно поубавилось. Дети выбрали себе комнаты, Марина застелила им кровати, еле вспомнила в какой сумке постельное бельё. Правда, была уверена, что сегодня Эля спать будет с ней, одна в комнате так сразу не останется. Но пока что дочка вовсю развлекалась, носясь по дому, спотыкалась, только когда Дмитрия видела.

Но, по крайней мере, больше не куксилась и не ныла, что хочет домой, а здесь ей совсем не нравится. Бегала то в свою комнату, то в комнату Антона, разглядывала вещи брата, которые он из коробок доставал, несколько раз от него нагоняй получила, но всё равно в коробки без спроса лезла.

— Мама, забери её! — кричал Антон. — Она сейчас всё растеряет!

— Антон, ну куда я её заберу? Нужно ужин готовить.