Семьи больше нет. Вы с Игорем отдельно, а я отдельно. Только дети между нами, и тянуть их из стороны в сторону, я не позволю, так и знайте. Вы же хотели квартиру, — тише продолжила Марина. — Вот, поэтому и уезжаем. Я выпишусь, детей тоже выпишу. И пусть ваш сын бизнес раскручивает. — Головой качнула и усмехнулась.

Нина Владимировна ладонью по юбке провела, разглаживая ткань.

— Я тебе уже говорила, ты неправильно себя вела, ты. Поэтому он и ушёл.

— Мне уже всё равно, почему он ушёл. Он сделал всё, что мог.

Нина Владимировна тогда ушла недовольная, а Марина посоветовала себе мысли о произошедшем между ними разговоре из головы выбросить.

Никакого смысла обдумывать раз за разом слова свекрови больше не было. Нужно было сосредоточиться на том, что завтра случится, о новой жизни думать пора, хватит назад оглядываться. В конце концов, думай не думай, а уже ничего не изменишь.

Пока вещи собирали, занята была, а вот сейчас, присев на дорожку, как Тамара сказала, дочку к себе прижала, ставшие родными стены оглядела, и страшно стало. И расплакаться снова захотелось, что всё так несправедливо. Они уезжают, из своего дома, в незнакомое место… к незнакомым людям.

Это всё равно, что почву под ногами потерять. Спасибо тебе, Игорь.

Тамара молчала, осознавая важность момента, Антон на тумбочке сидел, на которой раньше телефон стоял, и ногой мотал, обеспокоенным происходящим, надо сказать, совсем не выглядел. А Эля к Марине прижалась, медведя своего ручонками сжимала, а потом плаксиво пожаловалась:

— Мама, я хочу здесь остаться, не хочу уезжать. Где папа?

Марина её обняла и в лоб поцеловала. Самой трудно было, даже говорить, а тут дочку успокаивать надо, при этом, постараться не показать своего отчаяния.

— Не куксись, котёнок. Всё хорошо будет, у нас новый дом будет. Мы будем у дедушки жить. Ты ведь хотела к нему в гости?

Элька молчала, только насупилась и носом шмыгнула.

— Тебе там понравится, — заверила девочку Тамара. — У тебя своя комната будет. Антон тебе надоедать больше не будет.

Антон хмыкнул, а Марина на подругу предостерегающе посмотрела. Откуда она знает про комнаты? Наговорит сейчас лишнего, а Элька потом ещё больше расстроится.

Эля нижнюю губу выпятила, медведя покрепче обняла и задумалась.

На брата покосилась. Марина уже улыбнуться хотела, за ней наблюдая, но вздрогнула, когда раздался звонок домофона. Все сразу вскочили.

— Грузчики!

— Марина, открывай скорее!

— Мама, мне какую сумку брать?

— Никакую не бери, грузчики же есть! Не трогай сказала, они тяжёлые, Антон!

— Элька, уйди с дороги!

— Мама, он меня ругает!

— Дети!..

— Тихо все! — прикрикнула Марина, а когда все замерли, дыхание перевели. — Тихо, — уже спокойнее проговорила она. — Я открываю дверь.