Надо же мне знать, когда ты исчезнешь. Тебе, конечно, всё равно, а мне придётся детей успокаивать.

— Правда? Успокаивать? И не только детей, как я понимаю?

— Да ты вообще ничего не понимаешь. Или думаешь, что за два-три месяца все тайны открыл и всё обо всех узнал? — Игорь тряпку на землю кинул, а руки в нагрудные карманы комбинезона сунул. — Ты ничего не знаешь о нашей жизни. Марина может тебе каждый день рассказывать о себе, но ты всё равно не поймёшь. Ты ведь другой. Ты не из этой жизни. А Маринка не из твоей. Как бы ты и её отец не тянули её к себе, она всегда будет в стороне от ваших… прелестей жизни.

— Тебе очень хочется, чтобы так было, да?

— Да я знаю, что так и есть! И детям голову не забивайте. Это мои дети, мои. А то, видите ли, уже решили, где Антон учиться будет!

Дима хмыкнул.

— Он решил?

— Мне кажется, это не он решил!

— Это тебе так кажется. И ты можешь возмущаться сколько угодно, но назад не повернёшь. Антон — наследник Стеклова, и ему надо учиться. Даже если он никогда во главе компании и не встанет, ему нужно понимать, что происходит. Он за мать и сестру отвечает.

И учиться он будет в Москве, а не здесь."

"Игорь сделал к нему шаг, приблизившись почти вплотную.

— Ты меня не слышишь?

— Слышу, но ничего заслуживающего внимания ты не сказал. — Гранович нехорошо усмехнулся. — Или ты спохватился?

— Это моя семья, а не твоя.

— Ты сейчас об этом вспомнил?

Игорь отступил от него, кинул едкий взгляд исподлобья.

— Ну, конечно, Маринка поплакалась, наверняка. Я ведь такая сволочь, я детей бросил, я её бросил. Вот только я детей не бросал. Я ради своих детей всё делаю!

Дима рукой махнул.

— Меня избавь от этих разговоров, мне абсолютно всё равно ради чего или кого ты что-то делаешь.

Это не моё дело. Тем более отчитываться передо мной не надо. Но я сейчас и здесь могу сказать, что будет лучше для твоего сына. Если он на самом деле решит, — не сейчас, а через несколько лет, — войти в бизнес деда, то Николай Викторович для него сделает всё, и Антон будет учиться в Москве. Или не в Москве, а где-нибудь подальше, — выразительно проговорил он. — Я здесь не при чём. Я его не уговаривал и золотые горы не обещал. А если он… Если он не хочет идти по твоим стопам, то в этом я точно не виноват. И вообще, что ты пытаешься мне сказать? Чтобы я к твоей, — с особым выражением проговорил Гранович, — семье не подходил? Так ты опоздал. И кто ты мне такой, чтобы я тебя слушал?

— Ты ведь уедешь, — Игорь сверлил его злым взглядом, — ты уедешь из нашего города. А Маринке голову морочишь. И чем ты лучше меня?

Дима бейсболку на голове поправил, приподнял козырёк.

— А это точно не твоё дело.

Игорь заметил сомнение в его взгляде, недоверчиво усмехнулся.