К Марине подошёл, обнял её и за ухом поцеловал. Она плечом повела, отстраняясь.

— Эля, и найди Семёна, он мяукал где-то наверху.

— Хорошо. А можно я ещё конфету Антону возьму?

Марина недоверчиво поглядела.

— Если Антон захочет, он сам возьмёт. Иди наверх.

— Вот хитрюга, — негромко проговорил Дима, когда девочка по лестнице поднялась. Он Марину руками обхватил, весьма ощутимо навалившись на неё. Губы прошлись по её щеке, Марина в его руках расслабилась, но всего на минуту, после сопротивляться начала, пытаясь разомкнуть его руки, обнимавшие её.

— Чего это ты такой довольный?

— Я довольный? — удивился Дима.

— Ты. Наталья принесла тебе хорошие новости?

— При чём здесь она?

— Тебе лучше знать.

— Марин, ты чего?

— Да ничего, Дим. — Она всё-таки отстранилась от него, одёрнула задравшуюся кофту.

Гранович схватил её за руку и потянул обратно к себе. За подбородок ухватил, чтобы в глаза заглянуть.

— Мне кажется, или ты на меня злишься?

Она перестала сопротивляться ему и замерла, глядя в его тёмные глаза.

— А с чего мне на тебя злиться?

— Вот и я думаю.

— Может, это ты на меня злишься?

Мягкости в его взгляде поубавилось.

— Нет, я не злюсь.

Они снова взглядами столкнулись, Марина почувствовала неловкость, но глаз не отвела.

— Странно. Ты так сверкал глазами, я уж испугалась, что дом загорится.

— Ерунда какая-то. Ты из-за Наташки, что ли, разозлилась? Она приходила по работе!

— Правда? А Игорь тоже приезжал по делу!

— Может быть. Вот только зачастил что-то!

— Мне лучше знать, зачастил он или нет!

— Откуда это тебе лучше знать, интересно?

— Вот опять, опять ты начинаешь на меня глазами сверкать! Словно я в чём-то провинилась перед тобой! В чём? Что не сразу согласилась с твоим решением?

Он руки в бока упёр.

— С каким решением?

— Ты знаешь с каким! И не надо вынуждать меня всё это повторять!

— Кажется, за своё решение, как ты это называешь, я уже извинился. И даже пообещал, что больше не буду лезть!..

— А разве я просила обещать?

— А разве нет? Ты же недовольна была…

— Да я довольна, Дима! Просто меня удивил метод, который ты выбрал."

"— Да не было никакого метода! Понимаешь? Что такого ужасного в том, что мы с ним в карты поиграли? Это игра.

— Игра, которой он может ещё больше увлечься, благодаря тому, что ты ему все секреты выложил!

— Марина, ты говоришь ерунду. И если ты этого боишься, поговори с ним сама, а пусть он тебе расскажет, увлёкся он или нет!

— Как у тебя всё просто! — всплеснула она руками.

— А у тебя наоборот…

— Может, вы прекратите кричать?

Голос Антона послышался сверху, Марина опомнилась, рот закрыла, а Гранович устало выдохнул.

— Мы больше не будем, Тош.