– Ой, я тебя умоляю! Я за свою жизнь окружающим крови больше выпила, чем этот сопляк. Был бы Кровавым, то не боялся б каждого шороха и собственной тени. Указ он издал, что с каждой невестой может приехать не больше одного воина! Ха! Это, по-твоему, не трусость?

– Виля!

Кровавым Ральфа прозвали не за боевые заслуги, а за любовь к наказаниям и показательным казням неугодных. Поэтому, хоть его воины и находились слишком далеко, чтобы нас услышать, лучше было не рисковать.

Конечно, официально казнить гостей он не мог. По закону мы были неприкосновенны. Но когда тиранов, силой захвативших власть, останавливали подобные мелочи?

– Что значит, это твоё – Виля? Я уже…, – лепреконша на секунду замолчала и посмотрела на карманные часы, – я уже два часа как Виля! И не надо мне об этом напоминать, мне так не нравится это имя!

Новые имена, как, впрочем, и маскировка, не нравились никому из участников этого спектакля.

Но выбрать не приходилось. Единственной, кому разрешили оставить настоящее имя, была я, и то, лишь по счастливой случайности. По легенде, дочерей Великого отца звали Лейла и Беатриса, поэтому жрецы культа часто называли своих дочерей этим именами.

– Этот самопровозглашённый королевич мог бы и раскошелиться на нормальный приём! – продолжила шипеть Цилисса. – Тут такие леди приехали, а он в замке прячется от своего счастья!

В принципе, от такого счастья любой бы спрятался, подумала я, глядя на стоящую возле векового дуба «леди» Райвенну и суетящуюся вокруг неё «сестру» Глоринию.

По иронии судьбы, образы Раймонда и Глорина получились настолько запоминающимися и привлекающими внимание, что встречающая нас стража вовсе позабыла о прекрасных невестах, уныло толпящихся в сторонке.

"

"Воины короля во все глаза пялились на орчиху, разодетую в жреческие одеяния, но с огромной секирой, перекинутой через плечо. И коренастую гномку в ярко-малиновом платье, утопающем в пене белоснежных кружев, и огромной шляпе, украшенной восьмью павлиньими перьями.

– Мы нижайше просим извинить нас за доставленные неудобства, – раздался неподалёку приятный мужской голос.

Встречающие невест воины расступились, и вперёд вышел высокий, болезненно бледный стражник с нашивкой капитана на плече.

– Меня зовут Алан Сальви. И я начальник королевской охраны, – продолжил мужчина.

– А-а-а! Так это вам мы обязаны столь отвратительным приёмом! – воскликнула одна из невест.

Интересно, она настоящая? Или, липовая леди, как у нас?

Судя по чудовищно дорогим украшениям, фигуристая брюнетка с огромными синими глазами и оливковой кожей, была настоящей аристократкой. А вот если принимать во внимание её поведение…

– Такая встреча – это позор! Плевок в душу! – продолжила надрываться брюнетка.