Верфь встретила меня привычной суетой, там сейчас строились сразу два речных пароходика, копия того на котором наша экспедиция отправилась вверх по Сакраменто. Эти суда станут началом нашего речного флота и будут обслуживать интересы жителей поселений сначала на Сакраменто, а потом и на Сан-Хоакине, эту реку мы тоже рано или поздно начнем заселять.

После двух этих красавцев предполагалась баржа, с помощью которой предполагалась доставка железной руды со стоящегося рудника на озере Тахо. До самого рудника мы протянем железную дорогу, которая будет начинаться в новом поселке, строительство которого уже началось. Это поселение предполагалось смешанного русско-испанско-китайского населения.

Возможно, кстати, что сюда мы перенесем часть сталелитейного и чугуноделательного производства, а может быть и всё. Как-никак возить металл выгоднее, чем железную руду, а для поставок коксирующего и бурого угля нет особой разницы, доставлять его в Сан-Франциско или в новый город.

Но это мы будем делать постепенно, чтобы производство стали не просело, сначала построим там новые домны и коксирующие печи, потом сталелитейный завод, а только потом заглушим всё в Сан-Франциско и по возможности перевезём на новое место.

И обязательно нужно подумать об экологии, промышленное производство у нас растет всё быстрее, отходов становится всё больше и больше. Пока это не проблема, но очень скоро этот вопрос встанет очень остро. Одно только металлургическое производство способно полностью уничтожить экосистему Сакраменто, а ведь у нас и химическое производство есть, тоже очень ядовитое.

Надо уже сейчас начать решать проблему загрязнения окружающей среды. Очистные сооружения, фильтрация, многократное использование уже загрязненной воды в технических целях. Всё это надо разрабатывать, строить и применять. А то лет через сорок на мете этого райского уголка будет зловонная клоака. Вот с такими мыслями, с одной стороны невесёлыми, а с другой, вполне конструктивными мыслями я зашёл в контору моего старого друга и соратника.

— Как ты тут старина? — поприветствовал я Дукаса. Тот, кряхтя, встал со своего кресла и медленно подошёл ко мне. Дукас стал одним из первых, кто получил лукалитовые протезы руки и ноги, первый блин не вышел комом и ему больше не нужны были костыли, только палочка.

— Потихоньку, мистер Гамильтон, — ответил он мне после крепкого рукопожатия, — какими судьбами вас сюда занесло? Вы в последнее время не частый гость здесь.

— Ты же сам знаешь, времени ни хватает ни на что. Тебе намного проще ездить ко мне, мы с Марией всегда рады.

— Хорошо, может вы и правы.