А дальше снова поиск сокровищ под водой, и вот летом вначале тысяча девятьсот второго вернулся в Россию, и не покидал пока дворянский патент не получил. Всего один парнишка-дворянин похож был на меня внешне. Там в поисковом листе все его приметы, родинки, шрамы, я сделал их. По внешнему виду и приметам и опознали. Да и я собрал информацию, полетел к Тамбову, откуда эти дворяне, изучил. Не пришлось делать вид потери памяти, да и не задержался я там особо. Парнишка ничем не владел, из обедневших дворян он, плыли за границу, к подружке матери, что там неплохо устроилась. Старшая сестра матери помещица, но земли получила от мужа, вдова она. Недолго пробыла моим номинальным опекуном, пока не наступило малое совершеннолетие.

Там пришлось ждать, с регистрацией, а то меня как бы мёртвым признали, вот и возвращали в мир живых, только тогда патент оформили. Я действительно чем-то смахивал на помещицу, видно, что родственники. Да и видела та племянника, когда он мальчишкой двенадцати лет был. Сама на плече у меня родинку особой формы искала, и нашла. Там во Францию мотнулся ненадолго, купил аттестат окончания школы, и технического университета, Соборны. На новые документы, оформив переоформление с других данных на новые. Я как бы учился тут, но под другими данными, а теперь настоящее имя возвращаю, вот и переоформлял. Ну и вернулся, купил квартирку в столице и занялся созданием ручных пулемётов. А как прообраз взял «ДП-27». Хороший пулемёт, особенно для этого времени и технологий, да и знал я его на отлично. Марки металлов тоже, Силовая Ковка помогла. Не раз чинил такие пулемёты. Я уже создал двенадцать таких пулемётов, плюс три «ДТ», и десять штук, как подал заявку в военное министерство на изучение моих пулемётов, чтобы приняли в армию, передал на отстрел. К каждому пулемёту шёл ящик, на длинном ремне носить, в ящике по три запасных диска, и дальше пулемётная офицерская школа, что имела летние лагеря у столицы, активно отстреливала это новое для них оружие на стрельбище. Уже месяц как. А сегодня вызвали для озвучивания решения комиссии, она состояла из двух генералов и десятка полковников. То, что оружие примут, я был уверен, тем более опрашивал курсантов и офицеров школы, да и простых солдат на полигоне. От оружия те были в восторге, лёгкое, хваткое, оно им нравилось, не то что оружие, что им поставлялось для изучения из-за границы. Николай со свитой был пару дней назад, пострелял, и укатил довольным."

"Однако, решение комиссии меня неприятно изумило. В приёмке пулемёта было отказано, более того, у комиссии набралось столько претензий к этому оружию, что если все их выполнить, близкая аналогия к получившемуся результату, будет мушкет трёхсотлетней давности. Я конечно слегка преувеличил, но именно что слегка.