А по вечерам еще курсы, подрабатываю на хлеб насущный. Так что между занятиями стараюсь говорить почти шепотом."

"О Соловьеве он знал не так уж много, они никогда не были особенно дружны и к одной компании не принадлежали. Просто в аспирантуре учились в одно и то же время, хотя и на разных кафедрах. О том, что с Владимиром Александровичем случилось несчастье, Малышев узнал от жены, а та, в свою очередь, от какой-то знакомой, работавшей в «Скорой помощи». Приятельница оказалась поклонницей «Восточного бестселлера», потому и выделила Соловьева из великой массы людей, которых доставляли в больницы на машинах «Скорой».

– Вы не могли бы припомнить точно, что именно сказала ваша жена, ссылаясь на приятельницу? – спросила Настя.

– Что, мол, известного переводчика Соловьева кто-то избил и его «Скорая» забрала прямо с улицы. Вот и все, больше никаких подробностей.

– А приятельница? Вы ее знаете?

– Нет, к сожалению. Даже не знаю, как ее зовут.

– Как же это может быть? – удивилась Настя. – Вы не знаете подруг своей жены?

– Она не подруга, просто знакомая. Жена познакомилась с ней в больнице. По-моему, они пару раз перезванивались после этого, но у нас в гостях эта женщина ни разу не была.

– В какой больнице они познакомились?

Малышев явно растерялся.

– Я… не знаю.

– Артур Николаевич, так не бывает. Вы чего-то недоговариваете?

Он покраснел и принялся сосредоточенно искать зажигалку, которая лежала прямо у него перед глазами.

– Видите ли… В общем, жена делала аборт. Я в это время был в отъезде. Она не хотела, чтобы я знал об этом. Поэтому совершенно естественно, что я не знаю, в какой больнице она была.

– Но вы же все равно узнали о том, что она делала аборт, – заметила Настя.

– Да.

Малышев поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– Нет смысла скрывать от вас. Раз вы работаете в милиции, то все равно не успокоитесь, пока не выясните, верно?

– В общем, верно, – согласилась она.

– Тем более что об этом знает весь институт. Мы с женой расстались. У нее появился другой мужчина. От него она и была беременна, когда делала аборт. Поэтому и от меня хотела скрыть. Какое-то время ей это удавалось. Потом этот мужчина предложил ей вступить в брак и уехать с ним за границу. У него какая-то крупная фирма в Кот-д’Ивуаре. Вот, собственно, и все.

– Простите, – виновато сказала Настя. – Я не хотела вынуждать вас говорить о том, что вам неприятно. Но мне очень нужно разыскать эту приятельницу из «Скорой помощи». Вы ничего мне не подскажете?

– Нет. – Малышев развел руками.

– И с вашей женой никак связаться нельзя?

– У меня нет ее телефона. Она же там, в Гвинее. То есть в Кот-д’Ивуаре.

– Понятно, – вздохнула она.