67"

"Киммерийцы уверены, что место для сражения выбрали они. Грабили себе ассирийскую провинцию Табал — и вдруг увидели вражеский конный разъезд, трусливо поскакавший прочь, наткнувшись на них. Кочевники погнались и обнаружили ассирийскую армию, которая стояла в удобной, по их мнению, равнине неподалеку от города Хубишна. В этих краях мало сравнительно ровных безлесных участков, пригодных для маневров больших кавалерийских масс. То, что мы ждем их уже четыре дня, в течение которых основательно подготовили рельеф, им и в голову не пришло. Они ведь не занимаются такой ерундой. Где столкнулись, там и сразились. Через день на противоположном конце долины собрались все их отряды, готовясь дать генеральное сражение, после которого продолжат спокойно и безнаказанно грабить провинцию, как это было во Фригии и Урарту.

Ассирийская армия расположилась на пологом склоне. Впереди от одного поросшего лесом края равнины до другого стояла фаланга в восемь шеренг из тяжелых пехотинцев. За ними и чуть выше — лучники за сплетенными из тростника, высокими щитами с загнутым назад верхом и амбразурой для ведения стрельбы. Еще выше, метров через триста, стояли колесницы Ашшурахаиддина и его приближенных, прикрытые тяжелыми пехотинцами из личной охраны, а правее, возле опушки леса, покрывавшего склон холма — около пяти сотен всадников во главе со мной. Остальные прятались между деревьями, ожидая сигнал к атаке. Пусть враг думает, что у нас мало конницы.

Сражение началось рано утром, по холодку. Киммерийцы плотной толпой поскакали трусцой в атаку, держа наготове небольшие составные луки. Одеты в кожаные куртки с длинными рукавами и штаны. Примерно у каждого седьмого-восьмого чешуйчатый доспех, трофейный. На голове у кого металлический шлем, островерхий или конический, тоже добытый в бою, у кого высокая кожаная шапка-колпак. За спиной круглый щит из кожи, натянутой на каркас из лозы. Седла простенькие, без лук и рога, ни ни стремян, ни шпор, ни доспехов на лошадях, мелковатых, сухих. Из оружия еще кинжал или булава. Несколько вооружены копьями, но это явно не киммерийцы, а примкнувшие к ним представители других этносов.

Перед ними была идеальная цель — ровные неподвижные шеренги пехотинцев. Где-то с середины долины киммерийцы начали набирать скорость, громко орать, свистеть — пытались перекинуть свой страх врагам. Когда приблизились на дистанцию выстрела и полетели первые стрелы, пехотинцы по команде закрылись щитами не только спереди, но и сверху, образовав вариант «черепахи», которому я их научил на лугу возле Аданы. Стрелы, выпущенные по навесной траектории, втыкались в щиты, почти не нанося ущерба.