Астра хоть и была малышкой, но всё видела и знала. Надо только вспомнить. Плюс, знания из своей жизни. Да, роды я не принимала, но в век интернета и технологий, у нас слишком много разнообразной информации.

Вымыв руки, я дождалась пока мне принесут кипяток и заварила в ней рафку. Оставив остывать, я откинула покрывало и на секунду прикрыла глаза, вспоминая, что делала бабушка.

"" — Астра, не вертись, а смотри внимательно, такое не часто бывает.

— Бабушка, а почему ребёночек не хочет в наш мир?

— Он хочет, но в животике неправильно лежит, ему помочь надо.

— Как помочь? Ты расскажешь ему, как правильно повернуться?

— Нет, я сама его переверну. А ты смотри внимательно. И запоминай. Возможно, ты однажды спасёшь жизнь мамы и ребёнка.'

А что, если и в этот раз неправильное предлежание плода? В любом случае, проверить надо. Если не поможет… Нет, о таком я думать не хочу.

Нащупать малыша оказалось не сложно. хотя я и запаниковала вначале, не понимая, что я трогаю. Голова это или спина, или попа… Но спустя пару секунд до меня дошло, что малыш лежит на спине, ещё и ножка пуповиной обмотана.

— Ну что, милый, пора распутываться и выходить, — пробормотала я, вспоминая, как это делала бабушка. — Давай, родной, мама твоя уже без сил, так что потрудиться надо нам.

Развернуть малыша оказалось не трудно, как и распутать ножку. Только роженица практически все силы растеряла, едва стонет.

Убедившись, что малыш лежит правильно, я потрогала отвар рафки. Ещё горячий, но терпимо, выпить можно.

— Напои роженицу отваром, — попросила я, надеясь, что отвар успеет подействовать. Рафка хорошо тонизирует, но сутки мучений без еды и сна…

— Ну что, давай постараемся, хорошо? — спросила у роженицы, дождавшись, когда она допьёт отвар. — Я буду давить на живот, а ты тужься, ладно?

Как только женщина напряглась, я надавила на живот, выталкивая малыша. Я молилась, чтобы всё прошло удачно, насколько это вообще возможно. Я даже задумалась, а надо ли оно мне… Только вот я больше ничего не умею, только травы собирать да лекарства делать.

Но мы справились. Даже пуповину перерезала почти без страха. Дрожащими руками подняв ребенка, я легонька шлёпнула по попе, заставляя кроху заплакать, раскрывая лёгкие. Отдав девочке-помощнице малыша, я попросила роженицу ещё потужиться, чтобы вышел послед.

— Он здоров? — тихо спросила роженица.

— Она. Это девочка, — улыбнулась я. — На вид вроде здорова, но я же не лекарь. Время покажет.

Запарив ромашку, я добавила её в маленькую деревянную бадью. Омыв малыша, закутала его в пелёнку и передала уставшей маме.

— Спасибо вам, — шепнула женщина, с умилением глядя, как дочь жадно сосёт грудь.

Улыбнувшись, обмыла роженицу ромашкой и укрыла.

— Не забывай пить укрепляющие отвары, вам это сейчас очень надо, — посоветовала я.