"

"Как, например, сегодня, когда Шели с затаённой надеждой спросила, возможно ли, что его могут убить на состязаниях. Спросила в тот момент, когда член уже стоял колом, требуя немедленной разрядки. Испугалась за свою жалкую никчёмную жизнь. Трусливая дрянь. Такая же, как и все остальные наложницы. Только играет по другим, пока по непонятным для него правилам. Аш оставил её одну в покоях и вышел прочь, приказав попутно, чтобы к ней доставили её рабыню. Ещё одна уступка в угоду той, кто не заслуживал вообще ничего кроме удовлетворения его потребностей…которые она и не думала удовлетворять. И за это Аш ненавидел её ещё больше. За то, что уступал. За то, что настолько осатанел от мысли, что она низменно мечтает его смерти, что не взял её там же, в наказание. За то, что, вышел от неё и безжалостно имел до смерти других рабынь, наслаждаясь смешавшимися потоками их слёз и крови, раздирая в клочья их мясо, а не её! Упиваясь не её, а их истошными воплями и мольбами о смерти.

Аш сделал резкий выпад вперёд, соперник не ожидал подобного, упал на одно колено, но всё же успел в последний момент подставить свой меч под удар меча байстрюка. Лязгнула сталь, и Аш отпрыгнул в сторону, когда противник попытался достать его ногой. Быстрый взгляд на трибуны, и снова негодование на самого себя. Почему он намеренно ищет её в толпе зрителей? Это просто свет проклятых волос притягивает к себе даже против воли. Такие яркие, серебристые, как нечто греховно-запретное в Менемае. Свет в Аду. Извращенная насмешка над кровавой грязью и пороком этого места. То, чего здесь никогда не должно было появиться.

Зрители оглушительно взревели, и Аш молниеносно развернулся к противнику, отражая атаку. Он процедил сквозь зубы, с ненавистью разглядывая лицо Аша:

— Ты, жалкий ублюдок смертной шлюхи. Я снесу тебе голову!

Оттолкнул со всей силы и ринулся в нападение, уже не думая о том, что эти слова- всего лишь попытка разозлить и заставить лишиться контроля. В любом случае, он добился желаемого. Аш яростно наносил одну атаку мечом за другой, противник был очень силён, но левой рукой работал не так хорошо, как правой. Совсем чуть-чуть, но Ашу этого хватило, чтобы ранить его.

Засмеялся, глядя в удивлённые глаза воина Берита, и сам пропустил меткий выпад. Грудь обожгло адской болью, будто разорвавшей её изнутри на сотни частей, и единственное, что Аш успел — это из последних размахнуться и снести тому голову. Из его шеи фонтаном хлынула чёрная кровь, заливая арену, а голова, отделённая от тела, откатилась на несколько метров.

Силы покинули тело резко, глаза выцепили испуганный взгляд ШелИ, в отчаянии закрывшей рукой рот, будто в попытке сдержать крик, и он упал на горячий песок, почти такой же обжигающий, как и боль внутри, разливавшаяся по венам, словно яд.