"

"— Почему она не среди тех, низших, которые еще не признаны Ашем? Пусть стоит с ними слева. У нее нет права находится среди нас — тех, кто уже стали официальными наложницами Повелителя.

— Ты не можешь этого знать. Он вполне мог брать ее покуда они были в пути.

— На ней нет ни одного синяка. Она сверкает, как снег на вершинах Тартоса. Он не брал ее. Такая неженка, с этой омерзительной пергаментной кожей, покрылась бы кровоподтеками на месяцы.

— Если только ее не лечили и не ухаживали за ней.

— Аш никогда не пытался отправить к нам лекарей мы или выживали, или умирали.

Поэтому мы здесь, справа от него. Избранные.

Я тяжело дышала, не понимая почему слышу их так явно, если между нами такое расстояние, несколько метров, и говорили они шепотом, а все слышала так, словно они шептали мне в ухо.

— Глаз с нее не сводит…Никогда не видела, чтоб он на кого-то так смотрел.

— Заткнись…она надоест ему или сдохнет после первой ночи.

— Это единственное на что ты теперь надеешься, Шайла?

— Заткнись. Можно подумать ты не надеешься.

Я медленно повернула голову в сторону трона и вздрогнула — Аш смотрел на меня, его глаза потемнели, оранжевые языки пламени вспыхивали и гасли.

Я помнила этот взгляд…тогда, когда он увидел меня полуголой в своем шатре…смотрел точно так же. Проклятое платье, в котором я выгляжу скорее раздетой, чем одетой. Взгляд демона стал невыносимо тяжелым, его ноздри трепетали, а на скулах играли желваки.

В этот момент рабы вытащили пленных и подвесили на столбы, попутно разжигая костры. Я чувствовала, как на меня накатывает волна за волной чужая боль, она росла издалека, наполняя и пульсируя от кончиков волос, до кончиков ногтей. Крики несчастных заглушал вой толпы и все та же монотонная музыка с барабанной дробью.

Я видела лица, искаженные мукой, открытые перекошенные рты, гримасы ужаса. Животная боль, неконтролируемая агония безобразной жестокости она передавалась мне, пульсировала в затылке. Они не должны так страдать…никто из них не виноват. Я виновата. Из-за меня их отдали на расправу. Это я повела отряд туда…Как же прекратить эту боль? Как им помочь? Я смотрела на несчастных пленников, горящих живьем и чувствовала, как постепенно схожу с ума, потому что вся эта немыслимая мука перекинулась на меня… я смогла вытянуть черноту к себе, как магнитом. Несмотря на то, что я лишилась крыльев, моя странная, жуткая способность притягивать чужие страдания осталась.

Это мое тело теперь лизали языки пламени, это я корчилась и тщетно пыталась вырваться, мечтала умереть. Музыка смолкла, не раздавалось не звука, кроме потрескивания костров. Вокруг столбов летали черные тени и мне было жутко…они могли посмотреть на меня, как тогда…я уже знала, что это вестники смерти. Они пришли за душами.