Представьте, что вы в засаде и не мешайте мне!

— До особняка Лерика Озерри ехать больше получаса, а вы уже потратили двадцать три минуты на изучение схем, — буркнул двуликий, подходя к стоящему в углу столику, — кофе или чай?

— Без разницы, — ответила я, посчитав, что ничего нормального в участке всё равно не найдётся, а отказываться неприлично.

Через мгновенье кабинет заполнил потрясающий горьковатый аромат, и я поняла, насколько ошибалась. Джаред не использовал для варки кофе автоматон, предпочитая готовить напиток на песке, в джезве.

Желудок тут же предательски заурчал, напоминая, что я не только не обедала, но даже и не завтракала.

— На первом этаже есть буфет, — вздохнул Джаред, — но если не хотите отравиться, не рискуйте. Пока я могу вам предложить только яблоки.

Яблоки с кофе? А почему бы и нет?

— Буду весьма благодарна, — кинула я, возвращаясь к изучению схем.

На первый, и даже на второй взгляд в них всё было правильно. Но при этом, я не могла отделаться от ощущения, что вся эта «правильность» искусственная.

Думай, Эсти, думай.

По периметру — заземлённая сигнальная сеть, фиксирующая все, что крупнее мыши. Над домом — купол, реагирующий даже на птиц, пытающихся расположиться на крыше. Многорядные магические решётки на водопроводных трубах и вентиляционной шахте.

Странное решение… Чтобы поставить такую защиту, нужно было не просто страдать манией преследования, а находиться на грани помешательства. При этом все, кто знал, Лерика отмечали, что он был сдержанным, спокойным, уравновешенным и безрассудно смелым.

Пока я размышляла, двуликий закончил колдовать над джезвой. Гипнотический аромат усилился и Джаред, осторожно отодвинув чертежи, поставил на стол блюдце и изящную чашечку из чёрного фарфора.

А мистер Сольвэнга, оказывается, эстет!

Неожиданное открытие. Я думала, он работает на сарказме, табаке и чистом кофеине, предпочитая суровый мужской рецепт: половина кружки кофейной заварки и пара капель водички.

Именно такую отраву раньше пил мой помощник Сэд. Он искренне верил, что из-за постоянной бессонницы его мозг работает более плодотворно. А в результате он только нажил себе проблемы с координацией и часто не вписывался в дверной проём, но гениальных открытий в его исполнении мир так и не дождался.

Я же считала, что с любыми механизмами лучше работать на свежую голову. И при первом же зевке всегда покидала лабораторию, чтобы не спровоцировать несчастный случай из-за сниженной реакции. По этой же причине я никогда не допускала Сэда к выполнению сложной работы.