А вот я на таком фоне ни за что не потерялась бы!

— Ты тёмненькая, — миролюбиво ответила Дани, — тебе идут яркие цвета. Фигуры у нас похожие… Хочешь, я отдам его тебе?

— С ума сошла? — отшатнулась старшая тьера. — моё бальное платье в несколько раз богаче этой тряпки! И оно мне нравится намного больше!

«Всё понятно, Берти просто не упустила возможность ещё раз меня уколоть!» — подумала Даниэль, отвела взгляд в сторону и похолодела от ужаса: несколько часов назад Кларис разложила настоящее бальное платье на кровати, и так оно там до сих пор и лежит!

Они про него просто забыли!

Что же теперь делать? Ведь если Берти повернётся в ту сторону, то непременно его увидит! И как ей объяснить наличие двух одинаковых платьев?"

"— Смотри, какую причёску мне сделали! — сестра начала движение влево, желая продемонстрировать укладку со всех сторон, и Дани пришлось схватить её за руку, не позволяя завершить маневр. И пока сестра не опомнилась, Даниэль сама обошла её по кругу, восхищённо приговаривая:

— Берти, твои волосы великолепны! И как искусно уложены! А эти шпильки с бриллиантами — как капельки росы! Тебе очень идёт!

В это время горничная тоже заметила платье, в испуге округлила глаза, но быстро взяла себя в руки. И пока тьера Альбертина внимала дифирамбам младшей сестры, Кларис сгребла злополучный наряд и, пометавшись взглядом — куда здесь его можно быстро спрятать? — не придумала ничего лучше, чем затолкать платье под кровать.

Дани с трудом удержала лицо, одним глазом наблюдая за маневрами служанки, другим отслеживая перемещения сестры.

Ярко-розовое «великолепие» помнётся, конечно, но хоть теперь никому на глаза не попадётся. А потом… всё равно матушка её накажет, так значения не имеет — за что именно: только за ослушание или ещё и за испорченный бальный кошмар.

— Ну, если даже такая как ты прониклась, значит, я на самом деле неотразима! — самодовольно отреагировала Альбертина. — У принца не будет шанса! Где у тебя зеркало?

Девушка покрутила головой, выискивая отражающую поверхность, потом с полминуты рассматривала себя в зеркале, расправляя невидимые складки на платье. И резко сменила тему.

— Я чего зашла-то? Кларис, пошла вон!

Горничная метнула в Даниэль короткий взгляд, присела в книксене и вышла из спальни, плотно закрыв за собой дверь.

Дани вздохнула — неужели сестре опять требуется сила?

— Матушка велела, чтобы ты наполнила мой резерв доверху, — подтвердила её догадки Альбертина.

— Но он у тебя и так наполовину полон! — перейдя на внутреннее зрение, удивилась Даниэль. — Если я волью в тебя свой резерв, то ослабею! И не смогу танцевать.

Последнее она уже прошептала.

— Танцева-а-ть?! — воскликнула сестра.