Путь домой мы преодолели в полном молчании. Зайдя домой, я в первую очередь проверила, как там Янка. Но она спокойно играла с Фонькой и лишь мельком глянула на меня.

Чувствуя, что меня пошатывает, я вышла на улицу и отошла в конец двора, глубоко и часто дыша. Меня всюду преследовал сладковатый запах гноя и крови. Стоило мне прикрыть глаза, как картинка с огромной раной вмиг предстала перед глазами. Упав на колени, я упёрлась ладонями в сырую землю. Глубокое дыхание не помогало, а желудок начало скручивать спазмами.

Избавившись от нехитрого завтрака, я вытерла рот и разрыдалась. Страх, шок и желание сбежать на край света горели в груди, душили, заставляя подвывать. Невозможность что либо изменить давила бетонной плитой."

"— Ну тише-тише, — раздался голос травницы за спиной, а на голову легла тёплая рука. — Ты справилась, ты молодец. Ничего, привыкнешь. И я плакала, и та, к кому я попала, тоже. Не всегда получается быть сильной. Но выбор не большой, ты либо выдержишь, справишься, либо погибнешь. А ещё, у нас проблема. Крупная проблема, Аринка. И я не знаю, как её решить.

— Какая? — убрав руки, я посмотрела на женщину и охнула, увидев в её руках свои кроссовки.

– Фонька нашёл, — глухо обронила женщина. — И конечно же спросил у Яны, что это такое. А малышка и рассказала.

— Что рассказала? — севшим голосом спросила я, хотя ответа и не требовалось.

— Всё, милая. Абсолютно всё, что могла знать и помнить маленькая девочка.

В дом я буквально влетела и уставилась на Фоньку бешеным взглядом. Мальчик испуганно вздрогнул и перевёл удивлённый взгляд с меня на травницу. Янка беззаботно играла с самодельной куколкой.

— Арника, молчи, — пробормотала мама, потянув меня за рукав платья. — Молчи, иначе быть беде.

— Но ведь…, - я растерянно глянула на женщину.

— Янка у нас очень впечатлительная. Сказки переиначила. Помнишь, ты говорила, что читала ей заморские сказки? Вот она и выдумывает всё подряд.

— А…, - я взглядом указала на кроссовки.

Разве можно поверить, что это всего лишь сказки, когда перед тобой доказательства?

— А это тебе подарили, но рассказывать об этом нельзя, ни в коем случае.

Травница распахнула печь и закинула туда обувь. Следом полетела береста. Полыхнуло моментально. А следом по дому поплыл запах жжёной резины.

— Фонька, а тебя мать не заждалась? — буркнула травница, глядя на мальчишку. — И помни, всё, что ты видишь и слышишь здесь, никто не должен узнать.

— Почему? — вполне по детски спросил мальчишка.

— Потому что тогда твоей маме я помогать не буду, — жёстко припечатала мама, серьёзно посмотрев на Фоньку. — Подумай, прежде чем делиться новостями, хочешь ли ты остаться сиротой.

— Я не скажу никому, — прошептал мальчик.

А мне стало неимоверно жаль его.