Первой из машины выходит Аня, и я первым делом вижу ее огромный живот. Беременная, это я тоже знал.

- Дайте проехать! - говорит она громко и дерзко. - У меня в машине ребенок, что за игры?

- Проезжайте, конечно. Никаких проблем. Вот только Элина останется с нами.

- Что это значит?

- Похищение.

Аня открывает рот.

- Это совершенно исключено, - выходит из машины Папуша. Грозно скрещивает на груди руки.

- Какое такое похищение?! - возмущается бабуля, которая сидела на заднем сиденье, и сейчас прытко выбегает вперед. - Вы что себе, молодой человек, позволяете?! Мой внук — депутат, от вас мокрого места не останется!

Ага, а вот и знаменитая Ба-Ружа, хранительница канона и традиций. Смотрит в глаза так, что не по себе, ей-богу.

Дальше выдает долгую и явно ругательную речь на цыганском, которую прерывает Егор, который вручает ей огромный букет и подарки.

Старушка на секунду замолкает, Марсель и Саня вручают цветы и подарки Ане и Папуше.

- Элина дальше не едет, - говорю я Ба-Руже, определив, что в этом представлении именно она главная. - Меня зовут Платон Смолин.

- Какой еще Платон Смолин?! - прищуривается она. - Не знаем таких, не приезжали свататься. Вы какие-то виды на мою внучку имеете, молодой человек?! Если да, то просветить можно, какие? Она у нас девушка скромная, высоких нравственных правил. И кому попало мы ее не отдадим. А вас я впервые вижу.

Комичности ситуации зашкаливает, но бабуля отыгрывает так подлинно, что захохотать — было бы верхом неуважения. Она смотрит слегка заискивающе, и я понимаю, что играть надо до конца.

- А вас никто не спрашивает. Элина! Эля! Выходи по-хорошему.

Подхожу к машине, стучу. Дверь открывается.

Элина сидит на заднем сиденье, глаза потупила, на меня не смотрит. При взгляде на нее замираю, сглатываю голодно и шумно выдыхаю. Как-то разом всё. Соскучился.

- Что тебе надо? - говорит она.

- Поехали, расскажу и покажу.

Прыскает, но берет себя в руки.

- Не хочу.

- Мне пистолет достать?

- А у тебя есть? - заинтересованно.

- В следующий раз, мать твою, будет. Киса, я за тобой приехал. И у тебя, блин, нет нифига выбора. Вылезла из «Соренто» и пересела в мерс. Живо.

Протягиваю руку. Она робко улыбается, и мы, наконец, встречаемся глазами. Сердце разрывается. Ее лицо заливает густая краска. Элина улыбается широко и радостно, я тяну ее к себе. Вручаю цветы, а потом хватаю изо всех сил и кружу в воздухе! Она ахает, льнет, обнимет. Целует меня в шею, подбородок куда попадет. Лихорадочно, быстро.

Я наклоняюсь и мы, наконец, делаем это в губы.

- Платон Смолин! Вы не обнаглели ли?! - возмущаются зрительницы.

- Ты спятил? - шепчет Эля. - Ты реально меня воруешь?

- Абсолютно.

- Серьезно?

- Я похож на того, кто шутки шутить приехал?! - рявкаю.