Останусь здесь жить. — Эля оглядывает стены. Морщится. — Косметический ремонт не помешает.

— Принесу, раз ты такая милая и вежливая. — Не удерживаю смешок. — Чудо, блин, я каких только девок не видел, но ты — просто чокнутая.

— Каких только девок он не видел! — Она яростно всплескивает руками.

Взгляд упорно липнет к торчащим как бусинки соскам. Элина тут же закрывает их рукой."

"— Пришел первым к финишу! Ты реально думаешь, что это успех? Что ты уникален? — Она закатывает глаза настолько демонстративно, что я начинаю беспокоиться за ее зрачки. — У осы всего двести нейронов, и то она никуда не врезается! Велика заслуга.

Приехали. Склоняю голову набок и скрещиваю руки.

— Хочешь сказать, для моего спорта хватило бы нервной системы осы?

— Именно. Спустись с небес на землю, умник. Ты всего лишь оса.

— А ты тогда овечка.

Я стягиваю мокрые тряпки, Эля отворачивается. Обвязываю полотенце вокруг бедер, выхожу и хлопаю дверью.

Выцепив из толпы Марселя, прошу его покараулить бешеную, которая на сто процентов уверена, что опозорилась. Заодно заимствую его одежду.

Неадекватная.

И братишка у нее, похоже, больной на голову.

У всех есть точки уязвимости, но у Элины они какие-то нездоровые. Картинка никак не сложится — с братом моим спит, ноги ниже колен показать боится.

Переодеваюсь в номере, прихватываю футболку и штаны.

Значит, мозгов у меня, как у осы. Качаю головой. Тут все девицы на меня смотрят. Это надо же было такое ляпнуть?!

Бешенство доходит до горлышка, крышечка свистит. Возникает шальная идея оставить Элину в кладовке до утра. Я усмехаюсь. По пути бокал шампанского прихватываю и выпиваю залпом.

Марсель сидит на полу у двери, пялится в телефон — это его нормальное состояние.

Он или машину делает, или читает статьи, как делают машины другие механики. Показывает, что все пучком.

Захожу.

Элина стоит на том же месте, где я ее оставил. Обмоталась полотенцем. Волосы влажные, улыбка растерянная. Красивые колени у нее, аккуратные икры, пальчики на ногах просто прелесть. Ногти ярко-красные, и это сюрприз.

— Ты принес? Ого. Мама тебя, видимо, хорошо воспитала. Я была уверена, ты меня мысленно послал и пошел веселиться.

— Мысленно я тебя послал, не сомневайся.

Улыбается шире. А я все еще злюсь, но тоже улыбаюсь, как-то криво.

— Спасибо, — говорит она примирительно. — Выйди теперь за дверь, я переоденусь.

— Пожалуйста. — Голос хрипит. Я кладу вещи на полку.

Скажи ей. Ну скажи что-нибудь. Движения — как в съемке замедленной. Не знаю, что там у других гонщиков в головах, но в этот момент я осе уступаю явно.

Элина скептически рассматривает футболку и трико.

В коридоре Марсель листает фото новых движков. Смотрю на экран его мобильника секунду, вторую. Чертово сердце истошно долбит. Вся жизнь — соревнования, цель — победа.