Решил, что хромой аптекарь не сумеет уклониться, а магическая пуля с такого расстояния прикончит с гарантией. На его беду, Ирвин на границе не только прохаживался по госпиталю, но и немало времени провел в патрулях, встречаясь со «случайно забредшими» на их территорию имперцами.

Поэтому и сейчас тело на рефлексах ушло в сторону, после чего Ирвин попытался достать противника ударом трости. Расстояния и скорости ему не хватило – стражник слишком резво отпрыгнул назад. Его служебный пистоль был однозарядным, а ввязываться в рукопашную схватку он не слишком спешил.

Бринс тоже вполне бодро отмахивался от своего противника, насколько Ирв мог разглядеть боковым зрением. На мгновение они сплелись в один комок, но стражник тут же получил затылком в нос и отпустил помощника.

Посчитав момент подходящим, Ирвин бахнул флакон об пол и призвал свою магию. Желтая жидкость моментально начала испаряться, заполонив комнату едким и густым дымом, прозрачным и безвредным только для создателя.

Стражники тут же согнулись в кашле, а Ирвин бесшумно обошел их, взял за руку согнувшегося Бринса и отвел в сторону, после чего пихнул ему пропитанный противоядием платок.

Какие же у него все-таки тонкие и невесомые пальцы, еще ледяные от волнения, «как у девчонки». Дальше щупать его показалось неприличным, Ирвин убрал руку и проследил, чтобы стражники покинули комнату, а затем и аптеку."

"В магическом дыму они были беззащитны, можно было за минуту спеленать обоих, но тогда не получится вывести Брегг на заказчика. Значит, придется отпустить негодяев и просто ждать.

Глава 24

Когда те наконец громко хлопнули входной дверью, Ирвин начертил пальцами другой знак, рассеивая дым, и устало сел на стул. Все же он не маг, а человек с крохотными искрами, и такое баловство с энергиями серьезно выматывает. Еще и за грудиной снова начало царапать, намекая, что пора принять лекарство.

– Стар я уже для таких мероприятий, – вздохнул Ирв и потер ребра. – Тяжеловато даются. Хотя кому вру, я и юнцом их не слишком жаловал. Не получается быть таким же лихим неунывающим пройдохой, как ты.

– Ай, – с непонятной интонацией ответил Бринс, заставив к нему обернуться, – просто ври всем больше – и получится.

Он до сих пор стоял возле стены и тяжело дышал. Правда, платок уже отнял от лица и уронил на пол, а сам держался рукой за правое подреберье. Затем виновато улыбнулся и пополз вниз, на его пальцах же остались алые капли.

Ирвин выругался, подскочил, проклиная свою слабость, и поспешил к помощнику. Только тогда заметил, что из него торчит рукоять стилета или кинжала.