– Пусть чуть-чуть помучается, если за год не набрался смелости обо всем мне рассказать. – Лукавая и любящая улыбка появилась на губах ифринг, и девушка аккуратно отправила в рот кусочек творожной запеканки.

– Экая ты строгая, – пластая свой любимый бифштекс, одобрительно качнул ушами Хаг, бросил в рот на закуску парочку камешков и с аппетитом похрустел. Серокожий здоровяк считал, что у любящих не должно быть никаких опасных тайн друг от друга, потому одобрял позицию девушки.

– Тш-ш, наш таинственный на подходе, – шикнул на болтунов Машьелис, для убедительности снова ткнул в сторону василиска вилкой и заорал на всю столовую:

– Привет, Йорд!

– Привет, – благожелательно, но чуть напряженно поздоровался летописец, опустив поднос на стол подле ифринг, и спросил: – Иоле, ты разговаривала с Марсисой?

– Нет, – расцвела улыбкой девушка, подставляя любимому щеку.

 – Это она со мной решила хм… поговорить о вашей с ней любви."

"– Что? – дал петуха удивленный парень, вцепившись для надежности рукой в стол, чтоб устоять на ногах в покачнувшемся мире.

– Он и не знает, – приложил ладони к щекам и заохал Машьелис.

Дракончик буквально пузырился смехом. – Как же ты, друг наш Файрад, не знал о своей неземной любви к этой… как ее… Сисе? – Ухмыляющийся дракончик сопроводил последнее слово жестом, обозначающим верхнюю часть женской фигуры.

– Я с ней сейчас поговорю… о любви, – прошипел Йорд тихо, но очень злобно, обычно скрытая одеждой и волосами татуировка буквально заполыхала чернотой, проступая сквозь все материальные преграды. Косая челка тоже не смогла скрыть яростного сияния глаз.

– Не надо, это лишнее.

Лучше присядь, – мило попросила Латте, погладив избранника по напряженным пальцам. – Я с ней уже поговорила сама, она больше не претендует на тебя.

Йорд рухнул на стул и принялся оправдываться перед невестой:

– Иоле, любимая, Марсиса даже любовницей моей не была, я лишь однажды в позапрошлом году в городе в кафе с ней отобедал. Сразу понял: она не может стать моей парой и…

– Слышь, Файрад, ты, конечно, умный-умный, но временами та-а-акой дурак, – прыснул Лис. – Ты еще невесте про тех, которые были любовницами, расскажи или лучше список составь – летопись то есть.

С описанием подробностей.

– Либеларо, конечно, брехун, – прогудел Хаг, – но в чем-то прав. Вряд ли вам стоит обсуждать тех, которые были. Парой-то стали вы с Иоле.

Избранница василиска лишь кротко улыбнулась, потянулась к парню и нежно поцеловала его в уголок губ, закрывая тему.

– Повезло же тебе, – констатировал Машьелис. – Такую девушку отхватил! Сидит, улыбается, истерик не закатывает, слезами не обливает, пощечин не отвешивает.