Девушке показалось, что выжила она на ней лишь чудом, а вот парни были довольны, да и преподаватели тоже.

Теобаль и Леора остались консультировать Стефаля, как старшего в группе. Поначалу-то «физкультурники» неодобрительно отнеслись к пополнению в команде. Зачем начинать работать новым составом, если через год эльф заканчивает АПП? Но староста привел безотказный аргумент: он объяснил, что собирается писать нечто, что Янкин «универсальный переводчик» после заминки интерпретировал как «диссертацию на основании наблюдений за садом Игиды при академии». Потому группа имела все шансы продуктивно блюсти пророчества вплоть до выхода нынешних второкурсников из стен Академии пророчеств и предсказаний.

Оценив доводы, семейная пара педагогов увлеченно принялась составлять для четверки блюстителей новый график совместных тренировок на обновленной полосе препятствий и в тренировочном зале.

Понятно, возражать никто не стал, даже Янка. Тяжело в учении, легко в бою, то есть в исполнении пророчеств. А исходя из того, как тяжело сегодня пришлось на занятиях, настоящая работа блюстителя должна была заключаться лишь в косом взгляде на лист пророчества, которому мгновенно, от одного этого взгляда, надлежало исполниться.

Жаль только, до светлого мига еще требовалось как-то дожить. Донская не сдержала тяжкого вздоха.

– Еще чуток! Уже почти пришли! – подбодрил напарницу неутомимый Лис, кивком головы показывая на полянку на краю лесопарка.

Однокурсники уже расположились у большого костра и радостно галдели. Большой вертел с изрядным куском туши и шампуры помельче ждали своего превращения в «блюда, достойные самого Творца», как обещал Авзугар. Пока же народ довольствовался сыром, пирожками, овощами да фруктами.

В стаканах, если верить запаху, плескался явно не сок, а что-то покрепче. Хотя оборотень громогласно, для подслушивающих недоброжелателей и завистников, утверждал обратное.

Янка отметила, как решительно Ириаль устроилась рядом с Еремилом и взяла его за руку. Парень сидел ни жив ни мертв. Судя по тому, как он отчаянно жмурился, тряс головой и даже разок ущипнул себя за бедро, пытался сам себя убедить, что не спит и не грезит наяву. Счастливый влюбленный никак не мог поверить, что Ириаль, огрызавшаяся на него больше года и игнорировавшая все попытки ухаживаний, наконец-то сменила гнев на милость.

Напарники плюхнулись на одну из больших шкур, разбросанных по лужайке вместо ковриков, и блаженно вытянули ноги. Янка погладила короткую мягкую шерсть рыжей подстилки и тоскливо покосилась на сильное пламя. Углей еще надо было дождаться, а кушать хотелось уже сейчас, и совсем даже не яблоко или жалкую помидорку. Этим можно было накормить только Ольсу, чей организм не принимал мяса.