С ним со второго семестра второго курса на лабораторных работают под строгим контролем декана. Ожоги от йиражжи не поддаются магическому исцелению, – тихо ответил эльф."

"Декан между тем подошел к коврику с опасной пропиткой, присел на корточки и втянул воздух носом. Нахмурился еще сильнее и пробормотал сквозь зубы что-то малоцензурное. Поднявшись, Гад нырнул в кошель за листиком Игиды и повел рукой над местом преступления. Коврик и все пространство вокруг окружила прозрачная сфера.

– Идите в общий зал. Стефаль, собирай внеочередное собрание факультета, – хмуро велел декан и устало потер переносицу носа-сосиски двумя пальцами.

В общем-то особой нужды в специальном сигнале для сбора не было. В зале и так толпился жаждущий объяснений и подкормленный обещанием старосты народ. Но раз декан приказал! Стефаль прошел к левой стенке, где висел гонг – точная копия того, из башни. Эльф уверенно стукнул молоточком по центру диска, и коридор общежития загудел так, словно сам был одним большим гонгом.

– Общее собрание факультета! – негромко сказал староста, и его голос загулял по зданию, столь же могучий, как звук гонга.

Буквально в считаные минуты в зале, и без того полном студентов, стало еще теснее. Янке с ее командой стульев, диванов и кресел, так, чтобы сесть всем вместе, уже не хватило. Потому троица и Иоле устроились на длинном узком подоконнике. Жестковато, конечно, зато практически все и всех видно. Стеф тоже вспорхнул на «насест», причем проделал это столь элегантно, словно опускался в царское кресло.

А вот кое-кому из опоздавших не повезло настолько, что пришлось и вовсе стоять в коридоре или плюхаться прямо на пол.

Несколько парней так и поступили, а девушки побрезгливее – судя по значкам, с четвертого курса – остались стоять, всем своим видом выражая озабоченное недовольство.

Припоздавший и еще мокрый (точно из душа вылез) Авзугар споро сграбастал за шиворот кого-то относительно сведущего и уточнил причину сбора. Оборотень-то и счел своим долгом просветить Юнину о беде, приключившейся с напарницей. Эльфийка прибежала одной из последних, с книгами в охапке. Вероятно, спешила из библиотеки.

– Вечер, студенты… ясным и мирным я его не назову, – обратился декан к своему факультету, встав у боковой стены так, чтобы видеть всех собравшихся.

 – Многие из вас уже знают, для несведущих поясню: я собрал вас из-за неприятного происшествия в общежитии. Совсем недавно серьезно травмировала ногу студентка-первокурсница. Она наступила на коврик у двери, политый йиражжи. Теперь мне хотелось бы, чтобы те, кто виновен в этом, признали свою вину. Я жду!

Жужжание голосов, сопровождавшее объявление декана, стихло. В зале повисла звенящая тишина.