Да плевать на него! Какой из него узник? Просто проворовался в каком–то советском учреждении, где потел от страха под чужим именем… Ворюга несчастный!..

Вот Лихан — тот действительно здорово сел. Можно сказать — фундаментально! А все из–за неосторожности майора из «Абвер — Аусланда» герра Шульце — Хольтауза. Этот спесивый глупец из «ведомства Канариса» выдавал себя за «историка — исследователя» доктора Бруно Шульца, неутомимого искателя старинных сказаний народов Кавказа. Но он и не подозревал, что сам стал для чекистов великолепной находкой. Устраивая встречи с тайными агентами в музеях и древних храмах, высокомерный «доктор Бруно» выявил всю известную ему шпионскую сеть. Весной 1941 года он и Дауров вместе сели на клятую скамью подсудимых. Мир сделался решетчатым, а одежды — в полоску…

И тут — война! Ростовскую тюрьму эвакуировали в тыл. Поезд медленно катил по голой, словно бубен, желтой степи. И вдруг с ревом пронеслись немецкие самолеты. Вой бомб, оглушительные взрывы, крики и дикие вопли, безжалостная пулеметная дробь с голубого поднебесья. Слепящий взрыв встряхнул вагонзак, разворотил угол, как раз тот, где размещалась охрана, дыхнул пламенем. Заключенные, оставшиеся в живых, бросились во все стороны, оставляя на пути убитых и раненых.

— Стой, стой! — кричали уцелевшие конвойные.

Но кто остановится, когда пули так и свищут?

В этой неразберихе, охваченный безумным ужасом, заключенный Дауров бежал куда глаза глядят.^ Сначала он и сам не понимал, где очутился, в какой местности. Проблуждал всю ночь по степи. Только под утро набрел на какое–то болото со спасительным камышом и утятами, которые только еще учились махать крылышками. В том болоте Дауров не брезговал даже лягушками…

И какова же благодарность за житейские муки? Уголовник Доманов пошел в гору: вовремя «подыграл» в спланированном Оберлендером спектакле при встрече Шкуро. Ныне он с высокими полномочиями абверовского сотрудника из «казачьего стана» гоняет на машине от Ростова до Запорожья, вербуя «добровольцев». А он, Дауров, до сих пор плесневеет в безвестности, «управляя» в жалком городишке, из которого больше половины жителей ушло вместе с красными…

Не иначе как для сбережения душевного равновесия господин бургомистр без всякой связи с предыдущим разговором угрюмо высказал секретарше свою мечту и свою надежду:

— Немцы обещали мне высокий пост во Владикавказе[1]. Там я вас озолочу…

— И долго ожидать этой волнующей сцены? — холодно спросила Кристина.

— Заверяю — не очень.

— Никогда не верила доморощенным вещунам…

— А я не гадаю — я знаю. Только подумать: потери у красных огромны, танков нет, боеприпасов — тоже. Германцу нужна нефть Грозного и Баку.