— Ну это известная поговорка, — поморщился Романов, — а чего-нибудь более практического там не услышали?

— Сказали, почему же нет, — улыбнулся Чазов, — азербайджанца нам только в начальники не хватало, сказали, тот, что был, хотя бы русский.

— Тоже верно, — ответно улыбнулся генсек, — а еще что?

— Если совсем честно, то поругивают вас, Григорий Васильевич, — пустился в откровения Чазов, — говорят, что при Леониде Ильиче спокойнее как-то было, а сейчас сплошные нововведения какие-то…

— Это нормально, — отвечал Романов, — я бы удивился, если б меня не ругали. Но в целом-то жизнь в стране все же получше, чем год-два назад, с этим трудно спорить.

— Да, — вздохнул Чазов, — с этим точно не поспоришь, жить стало лучше, жить стало веселей. Давайте уже будем перебираться в более спокойное место…

Переезд в Зеленый город (а именно это загородное место имел ввиду Чазов) прошел спокойно и буднично. Каталку с генсеком задвинули в медицинский РАФик, сзади пристроились две Волги с охраной, и весь этот кортеж без мигалок, чтобы не создавать лишнего шума, отправился по улице Родионова на дачу первого секретаря обкома.

Высокие железные ворота, выкрашенные в защитный зеленый цвет, автоматически сдвинулись в сторону, пропустив все три экипажа на территорию дачи. Не такая уж она и огромная была, и дача, и территория, и всего в два этажа. А у порога Романова уже ждала его супруга Анна Степановна.

— Здравствуй, Аня, — сказал ей генсек, когда она расцеловала его прямо на каталке, — боевое ранение вот получил.

— Неугомонный ты у меня, — только и смогла ответить она.

А Чазов добавил, затянувшись сигаретой:

— А я ведь здесь неподалеку родился — вон туда если свернуть, направо с главной аллеи, а не налево, там будет деревня Ройка, моя малая, так сказать, Родина…

— Съездите, — ответил ему Романов, — навестите того, кто там остался…

— Обязательно.

Когда Романова закатили в большой зал на первом этаже, он тут же осведомился:

— А связь здесь имеется?

— Ну конечно имеется, Григорий Васильевич, — сказал Христораднов, он присоединился к кортежу по дороге, — ведомственное же сооружение, и АТС-1, и АТС-2 в комплекте.

Глава 20

Москва, Кремль

Алиев сидел в своем кабинете и смотрел в одну точку уже добрых четверть часа. Эта точка сфокусировалась на Ивановской площади за окном — там кругами ездила уборочная машина, сгребая листья и грязь на обочины. Равномерное движение оранжевого транспорта несколько успокаивало взвинченные нервы Гейдара. Тишину нарушил звонок вертушки.

— Слушаю, — ответил он, глядя уже на герб государства, нарисованный на аппарате, — да, в курсе… да, заходи…"

"Через некоторое время в дверь постучался, а затем зашел товарищ Щербицкий. Лицо у него было такое же скорбное, как и у хозяина кабинета.