Рядом располагались, как легко догадаться дачи номер 8, предназначенная для отдыха советских министров, особенно это место полюбилось Андрею Громыко, и номер 10 — эта предназначалась для секретарей ЦК, Зимянина, Капитонова, Долгих и Катушева.

Ничего особенного из себя это строение не представляло, обычный двухэтажный дом с двумя пристройками, крытый красивой красной черепицей. Спуск к морю проходил по самой обычной тропинке на склоне горного хребта. Не как должно было быть в Форосе — там Раиса Максимовна распорядилась устроить эскалатор к пляжу… распорядилась бы, не повернись история в марте немного по-другому.

От правительственной связи Щербицкого тоже почему-то не отключили, что-то засбоило, наверно в цепочке принятия решений. Поэтому ему были доступны в полном объеме как АТС-2, так и суперсекретная АТС-1. Возле аппаратов которых он и просиживал целыми днями, ожидая весточек от преданных коллег и друзей. И вот наконец он зазвонил.

— Щербицкий слушает, — быстро схватил он трубку, — да, конечно, узнал… ты уверен? На сто процентов? Хорошо, я все понял, завтра буду на месте.

— Володя, все в порядке? — из соседней комнаты вышла его супруга, женщина пышных форм.

— Да, Оксана, все просто замечательно, — ответил он с рассеянной улыбкой, — мне завтра надо отъехать на несколько дней, принимай на себя командование дачей.

— Что-нибудь серьезное? — продолжила она спрашивать, внимательно вглядываясь в глаза мужа.

— Серьезнее не бывает… но надеюсь, что вернусь я сюда уже немного в другом качестве.

— Я буду за тебя молиться, — сообщила Оксана самым серьезным тоном, — и да поможет тебе Господь наш вседержитель…

— Ну ты уж… — хотел было возразить Щербицкий, но по ходу возражения передумал и махнул рукой, — ладно, помолись уже, не повредит…

Вертолет МИ-8 пограничных войск Западного округа забрал Щербицкого с площадки, оборудованной специально для таких экстренных случаев позади госдачи номер 9, и взял курс на северо-запад. Через два часа он приземлился в пригороде Кишинева, а оттуда номенклатурная черная Волга ГАЗ-31 доставила его в резиденцию секретаря компартии Молдавии…"

"Глава 2

Москва, улица Косыгина, 9

— Сейчас Евгений Максимович подъедет, — сказал жене Романов, положив трубку вертушки, — срочный разговор будет.

— Что-то серьезное, Гриша? — встревожено спросила супруга, — почему так поздно?

— Не знаю, он объяснит… — ответил генсек, — ты вот что, ты иди в свою комнату и не мешай государственным делам.

— Может, вам приготовить что-нибудь? — немедленно озаботилась она, — селедочку там порезать или бутерброды какие-то.

— Это можно, — милостиво разрешил Романов жене, — только в темпе вальса, пожалуйста. Примаков тут через двадцать минут будет.