– Аскольд Игоревич, надеюсь, астраханские арбузы приносят вам радость? – серьезно спросил княжич.

– Все так, ваше сиятельство, надеюсь, и в последующие годы тенденция сохранится.

– Я слышал, вы ухаживаете за ними. Похвально, – кивнул он.

Намекает на то, что мы земли плантации перед зимой перепахали? Приглядывает княжич за своим подарком.

– Не могу позволить, чтобы благородные дары пропали без поддержки, – кивнул я.

– Все верно, Аскольд Игоревич, о поддержке забывать не стоит. Пусть даже она незримая и будто бы не ощущается – в какой-то момент может оказаться невероятно нужной. Но люди чаще поддерживают победителей.

Со стороны наш разговор может показаться очень странным. Однако по тону и взгляду княжича я понял, что он уже успокоился, признал поражение и претензий ко мне не имеет. Более того, очень хочет, чтобы я выиграл турнир.

Оно и понятно, одно дело просто проиграть в финале второго этапа, а другое – проиграть будущему чемпиону империи.

Еще некоторое время мы с княжичем плели словесные кружева, прежде чем его компания двинулась дальше.

Спустя семь минут после нашего прощания с Урусовым Алиса и Софья заочно представили мне министра вооруженных сил империи. Этот высокий коротко стриженный мужчина с холодным взглядом, облаченный в армейский китель с множеством наград и огромными звездами на погонах (по одной на каждом), как раз о чем-то разговаривал с Надеждой Григорьевной Оболенской.

– Ладно, оставим их, пойдемте дальше, – предложила Алиса, вцепившись в нас с Софьей и потащив к входу на трибуны.

Кстати, Волынского-младшего мне тоже довелось увидеть в холле. То и дело я поглядывал в его сторону и ловил на себе ответные взгляды. Кирилл Михайлович держался уверенно и непринужденно. А еще ему довелось пообщаться со Святославом Владимировичем Демидовым – московским генерал-губернатором. Примечательно, что к нам боярин Демидов, обычно поддерживавший всех представителей столицы, сегодня не подошел.

Гад, выбрал для себя фаворита, значит.

Минус двадцать очков роду Демидовых.

Еще одна зарубка на будущее.

Волынский-младший с сопровождающими подошел к нам, когда мы уже почти ушли на трибуны. Не смог юный боярин отказать себе в удовольствии поговорить сразу с четырьмя княжнами. Это его отец стоит выше княжон, а Кирилл Михайлович, как ни крути, всего лишь боярский наследник. Даже восьмилетний Никита Морозов стоит выше в местной иерархии.

С притворной добродушной улыбкой Кирилл Михайлович поочередно обратился к каждой княжне, затем ко мне и закончил стандартным «судари и сударыни из «Алой Мудрости».

После того как с долгими церемониями было покончено, чемпион Северо-Востока повернулся в мою сторону:

– Аскольд Игоревич, жду не дождусь нашего поединка.