В принципе, об этом мне уже говорил Борис: энергию из прорыва алтарь может перерабатывать в нужную ему.

— Ладно, что-нибудь придумаю! — пообещал я.

— Подожди, — сказала девушка. Было понятно, что с каждым мгновением ей всё труднее оставаться в сознании, — сними кольцо водной стихии. Я вижу, как река на тебя воздействует. Приди в себя! — Афродита замолчала.

Кольцо… я задумался, понимая, что совсем не хочу его снимать и избавляться от влияние духов реки. Мне было хорошо, прям как будто снова окунулся в детство. Мир казался таким простым, понятным и безоблачным. Могу делать всё, что захочу. Тело переполняют энергия и сила. Зачем избавляться от этого ощущения и всё усложнять? «Не буду снимать», — решил я.

Спуск со скалы занял значительно больше времени, чем подъём, но при этом был куда как интереснее. Он ставил передо мной задачи, которые я решал, как настоящий скалолаз. Куда поставить ногу, куда руку, чтобы не сорваться вниз. Можно было, конечно, выбрать более простой путь для спуска, но в нём не было вызова.

Когда я пришёл в лагерь, мои руки подрагивали от усталости, но я был очень доволен собой.

— Глава, — Сан Саныч недовольно сжал губы, — вы излишне рисковали!

— Сам разберусь, — оборвал его я, — лучше чаю мне налей. Сейчас отдохну — и к реке. Надо закрепить дружбу!

Он покачал головой и начал разводить угасший костёр, а Давид, схватив котелок, быстрым шагом отправился за водой.

Вечером я снова играл с духами реки. С каждым разом становилось всё легче и легче соединяться с ними. Было весело и очень интересно. Дошло до того, что я с хохотом перебегал реку прямо по воде, поддерживая себя жгутами воды и формируя под ногами небольшие плитки.

Набегавшись, полностью обессиленный, сел передохнуть на берегу.

— Вот сейчас вы по-настоящему похожи на подростка, а то вечно какой-то серьёзный и задумчивый. И это в восемнадцать лет! — Давид с улыбкой на лице присел рядом. — Беззаботные моменты детства надо ловить и ценить."

"Я решился и снял кольцо магии воды. Сразу по телу побежала магия огня, вступая в противостояние с водой и смывая моё хорошее настроение. Если вода была весёлой, и в ней играло детство, то огонь был кровожадным. Его радовали совсем другие вещи. Хотелось вступить в бой, жечь врагов и демонстрировать свою крутость!

Надел кольцо обратно, возвращая равновесие, и сразу на меня накатило чувство стыда. Вот, Давид говорит о беззаботном детстве. Но мне не восемнадцать! Я уже взрослый мужчина, который ещё в прошлом мире прожил почти тридцатник. Вести себя, как ребёнок, в моём возрасте просто позорно!

— Давай не будем об этом, — покачал я головой с хмурым лицом, — это была минутная слабость, с которой я уже справился.

— Зря вы так. Не стоит стыдиться подобного поведения.