Словно туман в голове.

— Ничего лучше я не слышал несколько месяцев, а то и лет.

— Для тебя это, может, и хорошо, а для меня нет, — проворчала Сара.

Майк поднялся и подал ей обе руки. Он помог Саре встать, но не отпустил ее руки сразу.

— Сара… — его голос стал непривычно мягким, — порой мне кажется, что мы были знакомы всю жизнь.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, увидел, что она и не думает протестовать, и воспрянул духом.

Но когда от губ Сары его отделяло каких-нибудь полдюйма, она произнесла:

— А женщине, мужа которой ты арестовал, ты тоже это творил?

Майк отстранился.

— Что?..

— Эти твои женщины, которых ты обольщал, чтобы потом предать… Ты говорил им то же самое, что и мне? Ну, о том, как они красивы, как…

Майк отпустил ее руки. Да, многие слышали от него такие слова, но… Он отвернулся. На этот раз все обстояло по-другому, потому что он говорил искренне и был потрясен, когда осознал это.

— Ну что, пойдем?

— Теперь ты на меня сердишься?

Он повернулся к ней.

— Я поступал так, как следовало, делал все необходимое, чтобы помочь правосудию. К твоему сведению, я еще никогда не отправлял в тюрьму ни в чем не повинных людей.

Многих женщин, которым следовало бы предъявить обвинение, я отпускаю.

Гнев Майка ничуть не испугал Сару. Когда на нее злился Гpeг, ее охватывала паника, она обычно терялась. И редко понимала, что такого натворила, чем вызвала его ярость. В такие минуты Сара знала только, что обязана успокоить Грега, вымолить у него прощение, сделать так, чтобы все стало как прежде, когда им было хорошо вместе."

"Но рядом с Майком замешательства она не чувствовала. Его гнев не бывал беспричинным, Сара сразу понимала, почему он рассердился.

А необъяснимые и неожиданные вспышки ярости Грега доводили ее до помешательства.

Сара напомнила себе: как бы ей ни нравился Майк, он рядом с ней временно. Сюда он приехал по делу; справившись с ним, он уедет, и больше они не увидятся — разве что он заглянет по-братски навестить Тесс. Но даже в этом Сара сомневалась. Тесс жила в Эдилине уже много лет, а Майк ни разу не навещал ее.

Что же касается Мерлинс-Фарм, Майк ясно дал понять, что идея с передачей собственности принадлежит Тесс, а он тут ни при чем. Выйдя в отставку, он скорее всего останется в солнечной Флориде, а ферма по-прежнему будет принадлежать Макдауэллам.

— Что ты на меня так смотришь? — спросил он.

— Думаю, какие мы с тобой разные. Мне хочется постоянства, хочется, чтобы рядом был близкий человек. Я мечтаю о детях и плодовых деревьях. А ты… — Она помолчала. — Ты сам-то знаешь, чего хочешь?

Никогда прежде женщины не задавали Майку подобных вопросов, он не знал, как ответить. Иногда ему казалось, что свою жизнь он тратит, убегая от чего-то, а не стремясь к чему-то.