Девушка подумала и свободе, которую предоставлял ей лорд Лэнсинг последние несколько дней, и с трудом подавила вздох сожаления. Габриель не надеялась, что англичанин окажется таким же снисходительным тюремщиком.

Когда она вошла в парадный зал, опираясь на руку Лэнсинга, первые же слова герцога, обращенные к Саймону, подтвердили ее догадки.

– Насколько я понимаю, в мое отсутствие Габриель были предоставлена полная свобода действий?

В отличие от Лэнсинга, Габриель ни на мгновение не дала сбить себя с толку искусственно шутливому тону Кэма.

Прежде чем ответить, лорд похлопал друга по плечу и поприветствовал его, не скрывая радости от встречи.

Габриель стала украдкой пятиться к лестнице, ведущей в ее комнату, как вдруг Лэнсинг схватил девушку за запястье и потянул вперед.

– Габриель было очень скучно взаперти, Кэм. Она не слишком любит читать и никогда не училась вышивке или чему-нибудь подобному. Габи с ума сходила, запертой в своей комнатке, пока мне в голову не пришла идея показать ей Данраден.

Габриель беспокойно переступила с ноги на ногу под тяжелым взглядом Кэма. Для нее не составило большого труда заставить лорда Лэнсинга потакать ее желаниям и сделать так, чтобы он думал при этом, будто исполняет свои.

Целую неделю Габриель осматривала каждый уголок и каждую трещину огромной крепости. Желание девушки узнать все, что только можно, об устройстве Данрадена было далеко не невинным. Целью Габриель был побег. Она заглянула в глаза Кэма, надеясь, что ее замыслы остались неразгаданными.

– Габриель выходила за стены замка? – спросил Колбурн, продолжая сурово смотреть на нее.

– Еще нет, – ответил Лэнсинг.

– И никогда не выйдет, – сказал Кэм.

Он немного расслабился. Его рот искривился подобием улыбки.

– Габриель, – промолвил Колбурн, – тебя не узнать.

Герцог осмотрел девушку от подола превосходного платья из белого муслина, с низким квадратным вырезом и пышными рукавами, до атласных лент, стягивавших золотистые локоны.

– Ваша светлость, – промолвила Габриель и сделала такой глубокий реверанс, что он получился почти оскорбительным. Она заметила, что герцог слегка стиснул зубы, и подивилась переменам в собственном характере, толкнувшем ее на такую неосторожность.

Лэнсинг не замечал этой скрытой враждебности.

Он с нежностью посмотрел на Габриель.

– Как видишь, Кэм, мы делаем большие успехи. Габриель безупречная леди… когда хочет ею быть, – смеясь, добавил лорд.

Ресницы Габриель затрепетали, и Кэм поднял глаза к потолку.

– Где Луиза? – спросил он и повернулся спиной к собеседникам, направляясь к лестнице."

"– Вышла куда-то, – сказал Лэнсинг.

Кэм перешагивал через две ступеньки. Из коридора верхнего этажа он крикнул:

– Найди ее, Габриель, и попроси подождать меня в библиотеке.