– Странная речь для джентльмена, который всегда был предан интересам Франции, – заметил Фуше. В руках бывший министр держал текст выступления Фокса, который он уже успел внимательно изучить.

– Можно даже решить, что он перешел на другую сторону баррикад.

Фуше вопросительно посмотрел на собеседника.

Десаз вытянул ноги. Фуше рассеянно наблюдал за этим движением, но за равнодушным взглядом скрывалась напряженная умственная работа. Фуше впитывал все, что касалось его подчиненного, от носков безупречно чистых высоких сапог до изящно скроенной темной визитки[44] и идеально завязанного снежно-белого шейного платка.

Десаз, с одобрением заметил Фуше, принял обличье английского джентльмена. То, что молодой человек невероятно хорош собой и не всегда порядочен в обхождении с леди, совсем не мешало выполнению его теперешнего задания. Десазу не было равных по части сбора информации в высших кругах английской аристократии. Перед ним открывались почти все двери. Воспитание, манеры молодого человека и в немалой степени трогательные, хотя и от слова до слова выдуманные биографические данные вызывали у всех, с кем Десаз общался в Англии, симпатию и доверие. На самом деле Десаз был актером и не имел никакого отношения к высшему обществу, – все это придумал для молодого человека сам Фуше. Единственным недостатком Десаза, по мнению Фуше, было практически полное отсутствие политического инстинкта. Впрочем, Фуше никогда не возлагал больших надежд на чужие способности. Его агенты собирали информацию, а толкование полученных данных было исключительно его сферой деятельности. Но Фуше показалось забавным попросить совета, к которому он не собирался прислушиваться.

– Какие выводы вы можете из этого сделать? – спросил он, указывая на текст выступления Фокса.

– Это осторожная речь, – задумчиво ответил Десаз. – Но заметьте, месье Фуше: он по-прежнему лоялен к Франции. И учитывая настроения, которые царят сейчас в Англии, он посмел сказать столько, сколько вообще возможно.

– На самом деле сказал он очень мало, – отметил Фуше.

Десаз бросил быстрый взгляд на своего начальника. Фуше считался чрезвычайно проницательным и хитрым человеком. Его мысли, спрятанные за привычно вежливой маской, никогда нельзя было угадать.

С деланной уверенностью Десаз произнес:

– Я считаю, что мистер Фокс придерживается тех же взглядов, что и раньше.

– О, – сказал Фуше со слегка заискивающей улыбкой, – я так понимаю, вы были допущены в узкий круг его ближайших друзей?

Десаз сел прямо.

– Не совсем. Но думаю, что могу без преувеличения скалить, что мистер Фокс в какой-то степени мне доверяет.

– Первый консул будет рад слышать это, – сказал Фуше и снова наполнил пустой стакан собеседника.