- Или быть уничтоженным, как каждый из нас, в недавнем бою, по той причине, что мы  природою слабее врага.

Мина задумалась. Они все еще стояли с Эриком фон Анвельтом в импровизированных объятиях. Мине нравились эти объятия. И поэтому она молчала. Разумеется, она от всего сердца и всей душой желала чтобы все рыцари вернулись с того сражения живыми. Чтобы выжил ее брат и даже его отвратительная ведьма. Чтобы она не осталась бедно и уныло жить с матерью и стариком-отцом. Но она, как ей казалось, больше понимает тех существ, с которыми было это самое сражение. Если что-то мешает достижению твоей цели – убери его с дороги, уничтожь его. Освободи себе путь и будь счастлив. Но Эрику она этого не сказала. Ее неглупый разум давал ей понять, что рыцарь бы ее не понял.

Она набралась храбрости и поцеловала его. Он ей ответил. Их поцелуй на ветру,  был таким  бунтарским, таким неправильным, но таким естественным сейчас.

- Я очень счастлива, что ты остался жив, слабый рыцарь Эрик фон Анвельт, - прошептала Мина ему в ухо, - и я уверена, что ты сильнее любого рыцаря в округе. Просто враг был сильней. Поэтому не думай больше о том, что я сказала. Я говорила вовсе не о том сражении.

Оторвавшись от ее губ, Эрик внимательно  и долго смотрел на девушку. Она не поняла, что он хотел ей сказать. Она понимала только то, что хотела понимать.  И объяснить ей  истину было делом невозможным. Но это была очень смелая девушка.  Она даже не спросила, есть ли у него невеста. А самому ему не захотелось заводить этот разговор. Он не посчитал поведение Мины неприличным. Все таки вернуться с такого боя, который они пережили – это настоящее чудо. И поцелуй красивой девушки – это меньшее, что можно было за него заслужить. Поэтому пока Мина намерена одаривать его своей благосклонностью, Эрик не считал, что совершает нечто неприличное или  нехорошее. Особенно, что ее мировоззрение с этим полностью соглашалось. Если тебе что-то нужно – просто возьми это. И он был уверен, что дальше она не пойдет.

Но Мина пошла дальше. Нет, нет, она не отдавалась ему. Это было ее козырем завлечь Эрика под венец. Но все остальное она ему позволяла. Она использовала все женские чары, какие только знала, о которых только читала в книгах. Семейство Анвельт жило почти у самого Кёнигсберга. Они встречались с Эриком в разных местах все  то время, пока раны Эрика заживали.  И, наконец, Мина заговорила о любви. Эрик мог не врать на этот счет. Он полюбил Мину. Но дома его ждала невеста. Которой было дано слово. С которой они были обручены с детства, и с семьей которой с детства должны были породниться домами.

Эрик просто ушел от этого разговора, увлекши Мину объятиями и поцелуями. И никто из них не заметил того момента, что возле пруда на этот раз они были не одни.