Знала, перескажет разговор старшей дочери, а та в свою очередь прибежит к ней выяснять отношения. Подобное случалось не раз, пока она не научилась сдерживаться, отгородившись от сестры безмолвной стеной отчуждения.

— Пусть одну машину продадут, — всё же не сдержалась Ольга от совета.

— А как же Лёша будет на работу ездить?

— Пусть наша Светочка свою продаст, погасит кредит и оставшуюся часть вложит в дело.

На то, как на неё посмотрела мать, махнула рукой:

— Пусть делают, что хотят, — отвернула голову к окну.

Сестра ничьих советов никогда не слушала и всё равно сделает по-своему. Раз речь зашла об обмене родительской квартиры, значит, уже всё решено и в ближайшее время мать займётся переездом. Ольга не удивится, если у Светланы уже имеются подходящие варианты обмена. Радовало, что отец за несколько месяцев до своей смерти успел переписать на неё однокомнатную квартиру, в которой они жили с Сашкой.

Помнила, как негодовала сестра, но быстро успокоилась после обещания матери завещать ей все квадратные метры их квартиры с отцом. Ольга не претендовала на долю в праве собственности на родительское имущество.

— Мама, принеси мои осенние сапоги. Они в коробке на антресолях лежат. Зимние остались на работе. А бурки забери. Их высушить нужно. И не приходи завтра. Путь всё же неблизкий. И скользко, — добавила она.

Мать согласилась. Убедившись, что с дочерью не всё так плохо, как думалось, она успокоилась, повеселела и поспешно ушла.

А Ольгу ждал утренний врачебный обход и знакомство с лечащим врачом.

Поставив мобильный телефон на зарядку, она уткнулась лицом в подушку. В голове зароились путаные мысли, погружая сознание в зыбкий, мучительный полусон-полуявь. Навязчивые видения сопровождались удивительным состоянием блаженной неги. Было хорошо и приятно. Казалось, где-то там, на краю света, она находилась на своём месте, была кому-то нужна, кого-то любила.

Она чувствует запахи весенних цветущих садов из своих видений, слышит голоса.

Виконт Стэнли Элгард Хардинг… Граф Мартин Вэйд Малгри… Виконтесса Шэйла Табби Хардинг…

И снова её переполняет чувство невероятной потери…

Лишь последнее воспоминание наполнено страхом и болью. Кто тот Барт Спарроу, которого она хотела убить? Чем завершилось их падение с лестницы?

Знала, что в силу характера, вновь и вновь будет перебирать в памяти всплывающие образы, выстраивать последовательную цепь событий, проводить параллели и докапываться до сути.

Звонок мобильного телефона вернул Ольгу в действительность.

Она слушала притягательный голос Антона Дмитриевича, справлявшегося о её самочувствии, и представляла, как он щурится при этом, или поигрывает ручкой, сидя за рабочим столом.