В широко открытых глазах плескался остро осязаемый страх.

Сообщница, — ухмыльнулась Ольга злорадно. Только что-то мало дали ей за молчание. Или серебряные часики сверху накинули? Понравились?!

Открывая дверь, услышала за спиной торжествующий голос доктора Пэйтона:

— Подруга вашей дочери нуждается в безусловном лечении. У неё припадок истерии и…

Это уж слишком! — обернулась Ольга от двери, за ручку которой держалась.

Айболит, вытащив из кармашка жилета брегет, смотрел на ссутулившуюся маркизу, севшую на стул у кровати Шэйлы и не спускавшую с неё встревоженных глаз.

— Я нуждаюсь в лечении? — переспросила гостья дерзко, с вызовом. Развернулась к нему: — Да кто вы такой, чтоб ставить мне диагнозы?

— Вот, налицо неврастения и невроз навязчивых состояний наивысшей степени, — с поразительным спокойствием он указал на неё толстым коротким пальцем.

— Что вы в этом понимаете? — шагнула к нему Ольга, сжав кулаки. — Только и умеете пускать кровь, ставить клизму и прописывать бесполезный электропатический пояс. Ещё подсыпать в питьё сонный порошок и вкалывать морфий ржавым шприцем.

— Досточтимая мадам Ле Бретон, — багровея и раздувая ноздри, с расстановкой заговорил доктор, — дабы прояснить, с кем вы имеете честь разговаривать, заявляю вам официально, у меня долголетний опыт непрерывной медицинской практики.

Я восемь лет лечил психические расстройства в госпитале Сент-Джон в графстве Линкольншир ещё с момента его основания, с самого 1852-го года и хорошо различаю болезнь баронессы.

— Лечили психические расстройства? — уточнила Ольга, бледнея. Сент-Джон был известен как место, где больных пытались лечить электрическим током, вследствие чего многие из них заканчивали жизнь самоубийством.

 — Причём здесь баронесса Спарроу?

От незаслуженного подозрения доктор Пэйтон обиженно скривился:

— Да будет вам известно, милейшая мадам, у неё тяжёлая форма меланхолии, — глотнул воздуха и выпятил подбородок. — После печально известных событий она впала в душевную прострацию. После подобного потрясения женская нервная система наименее устойчива и крайне подвержена изменениям.

Маркиза громко вздохнула и всхлипнула:

— Вы же вылечите её? — нащупывала на цепочке шатлена флакончик с нюхательной солью.

— Разумеется, — уверил её доктор милостиво. — Спустя месяц после родов мы вернёмся к этому разговору. Роды могут повлиять на баронессу крайне благоприятно.

Он поджал нижнюю губу и задрал подбородок:

— А вам, мадам, я могу посоветовать…

— Не утруждайтесь, — отмахнулась Ольга и распахнула дверь, выскакивая в коридор, натыкаясь на графа Малгри. За его спиной маячил лакей. — Вы знали, что здесь происходит? — спросила она Мартина. — Вы сюда часто ездите и видели Шэйлу не раз.