Кажется, так звали кухарку.

— Через тридцать минут, — сообщила Селма, громко щёлкнув крышкой часов с цветочным ажурным венком.

Ольга не поверила глазам. Её часы?! Они были на ней, вернее, на Шэйле, в тот трагический день. Почему они у горничной? Или похожие? Те были с едва заметным изъяном — крошечным сколом на стекле у заводной головки.

Кофр! — подкинула память очередное воспоминание. Собранный к отъезду, он оставался в комнате Шэйлы в доме Сондры. Ни брошенного саквояжа, ни ковровой сумки Ольга в шкафу не нашла. Если генеральша могла избавиться от них, то кофр должен был остаться при Шэйле.

В нём книга в красной сафьяновой обложке — дневник Ольги. Спустя сто пятьдесят лет он попал в руки Антона, как и томик стихов Байрона. Значит, книги должны находиться в этом доме.

Томсон распахнул дверь в гостевой покой, пропуская женщину. Увидев мальчишку, старательно выметающего предтопочный лист из меди, строго сказал:

— Больше дров не подкидывай, — и закрыл дверь.

Ольга положила на кровать шляпку и перчатки, повесила на спинку стула палантин, отнесла на окно фолиант. Погладила плотную, местами испачканную ткань, проверила разлохматившийся узел пеньковой бечёвки.

Если не позаботиться о рукописи, то можно потерять её. Будет ли возможность в ближайшее время встретиться с графом и спросить у него адрес реставратора?

Женщина открыла дверь и выглянула в коридор. Томсона поблизости не было. У чёрной лестницы топтался лакей. Увидев её, насторожился и выпрямился.

Понятно, — досадливо сморщила Ольга нос и демонстративно захлопнула дверь.

Присмотрелась к мальчику. Лет двенадцати, светловолосый и ясноглазый, в чёрном длинном переднике, он выглядел крепким и собранным.

Делал своё дело уверенно, не суетясь, изредка посматривая в сторону гостьи.

Собрал мусор и бросил в огонь. Отёр руки о передник, собираясь уйти.

— Как тебя зовут? — спросила Ольга.

— Барни Хоггарт, миссис.

— Мадам, — поправила она его.

Он послушно повторил.

— Если я задам тебе несколько вопросов, ответишь? — выбирала из монетницы фартинги и пенсы. Пересчитала шиллинги*. — За вознаграждение.

*** Фартинг — четверть пенса. Шиллинг — двенадцать пенсов. 1 шиллинг 6 пенсов в неделю зарабатывал десятилетний мальчик в Бетнал-Грин (бедный район Лондона), трудившийся по двенадцать часов шесть дней в неделю.

Не отрывая загоревшегося взора от рук женщины, истопник охотно кивнул.

— Сколько лет ты служишь в этом доме? — спросила она, кладя на туалетный столик фартинг, двигая его к краю в сторону мальчика.

— Три года, мадам, — приблизился он к столику, но монету не взял.

— Ты живёшь в особняке постоянно или приходишь сюда каждый день на работу? — присоединила к первому фартингу второй.

— Когда как, мадам, — часто задышал Барни. — Зависит от работы.