– При чём тут кладбище?

И видя моё недоумение, сын старосты нетерпеливо пояснил.

– Не знаю, как у вас, но у нас погост — это место, где живут. Большое селение, с купцами, базаром и княжеским двором.

Мне оставалось только кивнуть. Кажется, я что-то такое припоминала из курса истории.

Глава 3

Смешанный лес на фоне начинающегося заката показался мне сказочно красивым. Притягивали взгляд стройные берёзки, демонстрирующие неповторимые пятна. Не зелень, а удивительная синева прошлась по макушкам густых елей, стремящихся ввысь. Но чем ближе мы подходили, тем сильнее билось сердце. Разговоры отвлекали от наползающего страха, но ненадолго.

– Идти далеко?

– Рядом. Сейчас увидишь.

Действительно, довольно скоро из-за молодых кудрявых берёз показался небольшой домик, огороженный забором. И только когда мы приблизились и открыли калитку, удалось всё рассмотреть. Строение выглядело аккуратно, но заброшено. Два небольших окошка с лицевой стороны, прикрытые ставенками, милое крылечко в три ступеньки. Вместо клумбочек, красовался бурьян. Он-то и создавал неприятное ощущение. Я сразу почувствовала, что место хоть и нежилое, но не самое плохое. Взять хотя бы тот же колодец – красивый, с резной скамеечкой для ведра.

– А кто здесь раньше жил? Куда ваша лекарка делась?"

"– Замуж Аглая вышла. Уехала, – поделился Семён и двинулся к крыльцу. Там, на ступеньках, лежало что-то тёмное, издали показавшееся облезлой тряпкой. Но стоило приблизиться, как я поняла, это тушка кота.

– Дохлый. Это лекаркин, – покачал головой мой спутник и завертел головой. На глаза Семёну попалась поленница, из которой он выдернул толстую палку. Парень уже собрался было ткнуть ей в несчастный трупик. В груди вдруг затопило всё жалостью. Помер бедный, бросили. А ещё и палками тыкать будут. Под действием порыва, я схватила Сёму за руку.

– Постой! Может... он живой? – просяще заглянула в глаза сыну старосты. Понимаю, всё выглядело глупо, но ведь жалко зверька. Неожиданный аргумент нашёлся сам собой.– Не воняет ведь.

– Скажешь тоже, – ухмыльнулся Семён. Но к моей просьбе прислушался. И даже присел на корточки, стараясь что-то рассмотреть. Принюхался.

– Кис, кис-кис, – протянула я, коря себя за то, что боюсь притронуться к пыльной чёрной шкурке. Слёзы сами собой навернулись на глаза. Спасла упавшая прядь волос, что закрыла меня от спутника. Как ни странно, но забота о брошенном коте затмила страх остаться одной в незнакомом месте.

Неожиданно по тощему тельцу пробежала дрожь. Я даже вначале подумала, что мерещится. Но когда показались два тусклых глаза, облегчённо выдохнула.

– Живой! – обрадовалась я, протягивая руки к тощему найдёнышу. Зверь тут же окатил меня презрительным взглядом, так что пришлось свернуть своё благое намерение.

– Ладно, пошли в дом.