Два года ей удавалось спокойно жить без магии в маленьком городке на юге Франции, где она выделялась только небольшим английским акцентом. На этот раз это были магловские частные детективы, которые пытались выяснить как можно больше информации о ней. И снова побег.

Возможно, она бы осталась и сражалась, но она осталась одна против силы слова двух героев войны в магической Британии.

Катания. Чудесный городок у моря. Быть может она смогла бы остаться в солнечной Италии. Состариться здесь, больше не вспоминая войну, а главное забыть предательство двух самых родных, как она думала, людей.

— Грейнджер?

«О, Мерлин! Почему так быстро? Почему именно сейчас?» — она не поворачиваясь ускоряет шаг, но чьи-то теплые пальцы уже ловят ее запястье.

Она останавливается и удивленно переводит взгляд на свою руку, а затем на человека, который так мягко за нее ухватился.

Почти на две головы выше, светлые жемчужные волосы и пронзительные свинцовые глаза.

Она не видела его почти пять лет. Последний раз на экзаменах в Хогвартсе, который ему милосердно позволили закончить судьи Визенгамота.

— Малфой? — удивление перемешано с облегчением и сомнением.

На задворках сознания продолжает пульсировать мысль об опасности, но разум отметает ее простым аргументом: «Он точно не станет помогать им».

— Как ты здесь оказалась? Я думал ты в Англии. — отпустив ее руку, задает он первый из десятков последующих вопросов.

Они сели за плетеный столик на террасе ближайшего кафе, и Гермиона ответила на каждый из них.

— Я не была в Лондоне уже очень давно.

— Я был уверен, что ты стала миссис Уизли сразу после выпуска. — ухмыляясь заявляет он, но когда видит чистейший ужас на лице девушки, задает вопрос: — Что он сделал?

— Ты не видел новостей?

— До этого момента мне не приходилось сомневаться, что это очередные бредни Скитер и ее воспаленного сознания.

Смотря сейчас на него, своего школьного недруга, она понимала, что никому кроме него открыться не сможет. Только этот слизеринец и заклятый враг Гарри Поттера сможет поверить ей.

— Они посчитали, что у меня послевоенная травма и я просто не могу быть в здравом уме раз становлюсь против нового режима власти. Это случилось после… — она запнулась на половине фразы, потому что не была уверенна как он отреагирует на ее окончание.

— После суда над родителями. — это было больше похоже на шипение змеи, чем на связную речь. Его кулаки сжались, и костяшки побелели от напряжения. — Поттер даже не посчитал нужным явиться в зал суда. — руки расслабились и он закрыл ими лицо, борясь с дурными мыслями. — Так сказали охранники в камерах Министерства.

— Мне жаль, я так…

— Ты не виновата, Грейнджер. Не будь дурой. Кто виноват так это Визенгамот и Поттер. Она спасла его шкуру и вот чем он ей отплатил.