Алена уже знала, что каждое утро та встает в шесть, посвящает полчаса йоге, а затем идет гулять или бегать (в зависимости от погоды). Значит, сейчас было около семи тридцати и волшебным образом Алена даже не проспала работу.

– Ты вчера произвела фурор, – слегка усмехнувшись, сообщила Изабелла, выкладывая на стол свежий хлеб и круассаны из модной булочной.

Алена сразу съежилась и словно стала меньшеростом.

– Что я делала? – тихо прошептала она.

– Кидалась на шею распорядителю, выпила две бутылки шампанского в одно лицо, громко праздновала свою победу и пыталась расцеловать охранников на прощание.

– О боже… – только и сумела выдавить из себя Алена, а Изабелла, направившись к кофемашине, нажала на кнопку и одновременно включила духовку.

– Мон Дье, прекрати немедленно, – улыбнулась она Алене. – Когда еще кидаться на шею мужчинам и целоваться с охранниками, как не в двадцать лет?

– Не сомневаюсь, что вы на это и в своем возрасте способны, – пробурчала Алена.

– Только если охранники медленно бегают, – отбила подачу Изабелла. – Прекрати строить из себя Орлеанскую деву.

Это прекрасно. Ты была громкой, и Барышников тебя наверняка запомнил. К тому же ты у него выиграла. Неплохой улов, кстати, я просмотрела – пейзаж Герасимова, иллюстрации Фаворского и его же эскиз к фильму. Есть даже небольшой Левитан, кажется, его поставил на кон Барышников. Вероятно, он очень расстроен.

– Мне кажется, я с ним познакомилась, – нахмурилась Алена, пытаясь вспомнить.

– Тебе не кажется. Поэтому давай собирай себя в кучу, рисуй лицо, улыбку и вперед, на покорение Эвереста.

– С ним рядом Каролина, – промямлила Алена.

– Каролина не стенка, – фыркнула Изабелла. – Прекращай ныть. Иди в душ и приводи себя в порядок, а я пока завтрак соображу.

После душа и завтрака цельнозерновыми круассанами, ради которых Изабелла каждое утро проходила шесть километров (лучшая мотивация – любовь к себе), в голове у Алены немного просветлело. Воздав хвалу творческому стилю жизни, который позволял не появляться в офисе раньше полудня, она тщательно уложила волосы, накрасилась и оделась.

Изабелла поймала ее возле выхода.

– Что, по-твоему, на тебе надето? – строго спросила она.

– Платье.

– Ты решила поиграть в «барышню-крестьянку»?

– Нет, я всегда так одеваюсь, – растерялась Алена.

– Больше ты не можешь так одеваться. Считай, что ты перешла на новый уровень в компьютерной игре.

– Что?

– Ничего, Шанель и красная помада тебе в помощь.

– И в метро? – поразилась Алена.

– А какая разница? – искренне удивилась Изабелла.

– Но я буду выглядеть полной дурой!

– Зато ты будешь красивой дурой.

* * *В метро, конечно, никто ее Шанель не оценил.