Но что делать? Бросать парня? Тогда он гарантированно умрёт от перитонита и сепсиса.

— Мы не можем его бросить. Но маркиза нужно предупредить, что его племянник может умереть. Я не знаю, насколько сильно развился у него недуг и каждое мгновение промедления, только ближе подводит его к смерти.

— Александра Вячеславовна, доченька, а ты уверена, что сможешь помочь? Дело то серьёзное.

— Я постараюсь. Я уже делала такие операции. Главное, чтобы поздно не было.

— Хорошо, пусть несут. Говори, что нужно делать.

— Горячей воды, тряпиц чистых, зелена вина, то есть перевара. И ещё знахарку срочно ко мне. Пусть возьмёт с собой сонное зелье, если есть. Я знаю. У неё было.

Боярин отдал повеления. Пара человек на конях выскочила из крепости. Молодого маркиза занесли в терем. Положили там же, где я оперировала Евсея. Евсей, кстати, уже вставал. Чувствовал себя всё лучше и лучше. Смотрел на меня благодарными и преданными глазами. У меня для такой операции было практически всё — скальпели, их всё таки сделал местный кузнец. Пока делал мне хирургический инструмент, я ему весь мозг выела чайной ложкой. Под конец он взмолился боярину и попросил спасти его от боярыни иначе смерть ему. Так же были зажимы и несколько хирургических игл. Одного стального, булатного кинжала оказалось мало и боярин, сокрушаясь, отдал ещё один. Глядя, что из них сделали, он чуть не плакал. Все хирургические инструменты были отполированы. Так же у меня был кетгут. Саморассасывающаяся нить. Вот с ней пришлось помучится. Девушки и женщины, которые мне его делали, под моим чутким руководством тоже запарились. Как известно кетгут делают из тонких кишок крупного рогатого скота или овец. Делать его сложно, но даже в этих условиях выполнимо. Сначала отделяют мышечную основу кишок. Потом обрабатывают их поташем. Далее механическая обработка скрепками. Разрезают на ленты. Отбеливают, окуривают сернистым газом, в нашем случае дымом, ополаскивают в слабом растворе уксуса. Все ингредиенты у меня имелись. Но процесс был долгим и мучительным. Знать то я знала из университетского курса. Мало того, у меня в справочнике даже имелось описание производства. Но вот самой делать ранее не приходилось. Пришлось помучиться. Но, в итоге, сделали несколько метров кетгута. А то шёлковых нитей не на пасёшься. Да и как шёлковой нитью сшивать внутренние швы? Она больше подходит для наружных. Мне оставалась только анестезия. Эфира у меня не было, хотя Елена пыталась его сделать. Но у неё не хватало необходимых вещей для изготовления. Она сказала мне, что нужны колбы стеклянные, а так же перегонный куб. А это была проблема. Но выход нашёлся. У травницы был настой на мухоморах. Он работал, как анестетик.