Эту Елену звали Елена Кантакузина. Так вот у них с мужем было три сына. Тоже все Великие, с ума сойти.

— Имена их знаешь?

— Одного звали Василий, второго… Ма… Мануил или ещё как… да точно Мануил. И третьего Георгий. Так вот, через два года или три, когда их папаша сдал город, их всех казнили, обвинив в заговоре против султана. Самого папашку и его трёх сыновей. Так же у этой Кантакузиной было две дочери. Одна Анна и вторая имя неизвестно. Анну отдали в жёны какому-то турку, а младшая за каким-то князем замужем была. Тела казнённых выставили за стены Константинополя. И Елена сама своими руками вырыла могилы для мужа и сыновей, похоронила их. Потом жила в рубище в хижине возле могил и там же через несколько дней умерла.

— Понятно. О чём был спор у твоего Вадика?

— Дело в том, что по одной версии, Елена была замужем не за этим Давидом, а за другим мужиком, он правил в Крыму. И вообще её существование оспаривается современными историками. По другой версии, что именно она последняя императрица Трапезунда. Об этом написал её родич, тоже Кантакузин. Он не внук её был, а толи племянник, толи внучатый племянник. Написал он о ней в 16 веке. Понимаешь? А о потомков от сыновей у Давида вроде бы не было. Но тут опять непонятка. По одним сведеньям все сыновья Давида и Елены были казнены, по другим младший сын Георгий остался в живых, так как принял ислам. Правда позже с разрешения султана поехал в Грузию к своей сестре, самой младшей. Там опять перешёл в христианство и даже женился на грузинской княжне. Вот они и спорили Вадик то, была такая императрица или нет. Был ли казнён её младший сын или нет."

"— Очень интересно. Что это нам даёт? Надо точно знать какой сейчас год. Константинополь пал в 1453 году. Трапезунд чуть позже. Я по школьному курсу истории помню, там разница несколько лет, но не позже 1460 года. Два года они прожили на пенсии, потом им секир-башка. То есть 1461–1462. Значит так, версия следующая, мы внучки Василия, старшего сына Давида Комнина и Елены Кантакузиной. Василий тайно женился от османов за год до гибели. Его жена была знатной боярышней из Руси. Предки которой бежали в Византию из Владимира Великого во время нашествия хана Бату. Понятно? Она родила нашего папу после гибели дедушки. Бабушка воспитала сначала отца, а потом и нас. Мы с тобой являемся последними наследниками Трапезундской империи.

— Ничего себе, Саша! Вот у тебя фантазия! А если вскроется?

— А как вскроется?

— А если жив этот как его, Георгий? Который сначала мусульманин, потом опять христианин. Скажет, что его брат не женился.

— А мы его объявим лжецом. Скажем, что он ренегат, то есть предатель веры и хочет избавится от нас, как своих конкуренток. Ему никто не поверит.