Даже и не думай приближаться к стенам Тулузы. – Отрезал Робер де Мовуазен.

– Хорошо. – Кивнул Ги де Монфор и сел на коня.

Он кивнул свите, и группа всадников медленно тронулась из лагеря."

"Июнь выдался жаркий и душный. Рыцари, сопровождавшие Ги де Монфора, парились в своих крепких кольчугах. Многие из них сняли свои тяжелые шлемы, услужливо подхваченные оруженосцами, и ехали только в подшлемниках или вообще – с непокрытыми головами. Они завидовали своему командиру – Ги де Монфору, ехавшему впереди отряда в легком гамбезоне ярко-красного цвета, на котором красовался лев герба рода Монфоров.

Ги, все-таки, не держался и решил проехать, как можно ближе к позициям крестоносцев, осадивших Тулузу…

Граф Бертран де Комминж, как назло, именно в это время проводил проверку арбалетчиков, оборонявших восточные барбаканы Тулузы. Он тепло поздоровался с начальником обороны восточного барбакана – доном Диего де Альбакастро, весело подшутил над немного приунывшими стрелками, когда ему доложили о группе франкских рыцарей, обнаруженных дозорными.

Граф де Комминж поднялся на верхушку укрепления барбакана и всмотрелся в приближавшихся франков. Солнце слепило глаза графа, но, ошибиться он не мог. Как ему показалось, нет! Он был точно уверен в том, что всадник, ехавший впереди группы рыцарей, был одет в цвета дома Монфоров – его заклятых врагов! Скулы графа Бертрана напряглись и выступили на его побледневшем от злости лице. Да! Сомнений не было. Всадник ехал в красном пурпуэне, на котором был виден лев!

«Жаль, что лица не видно! Солнце, как назло, слепит глаза…» – плюнул граф де Комминж. Он повернул голову к своим солдатам и спросил:

– Эй! У кого глаза помоложе? Посмотрите, случаем, не граф ли Симон едет возле нас на коне?

Воины кинулись к укреплениям и стали всматриваться в группу всадников.

– Кажись он, ваша светлость! Да! Точно, это Монфор! Мы узнали его герб!

Граф Бертран повел бровями.

«Да, я не ошибся!» – подвел итог граф, но, вслух сказал:

– Ну! Кто решится поразить графа Симона из арбалета с первого выстрела? Даю десять золотых монет!

Стрелки замялись. Расстояние до всадника было близким к недосягаемому. Воины сомневались. Всадники, словно нарочно дразня их, немного приблизились к барбакану…

Ги де Монфор решил задержаться возле одной из позиций крестоносцев, чтобы полюбопытствовать, как идут дела у воинов…

– Мы готовы, Ваша светлость! – Согласились стрелки барбакана.

Граф де Комминж вынул кошель и положил на каменные плиты укрепления десять крупных монет, заигравших на солнце золотыми бликами. Воины оживились. Они стали прицеливаться во всадника, стараясь заработать деньги.