Просто…

В этот раз меня прервал скулеж, а затем — скрежет, с которым чьи-то когти огромные скребли дверь.

Гарри отступил, зайдя мне за плечо.

— Это…

— Всего лишь Уголек, — в два шага преодолев расстояние до порога, я дернула на себя дверь и шепотом рявкнула: — Ну что тебе нужно? За добавкой пришел? Бессовестный!"

"Вот, вот из-за кого у меня на тумбочке лежал сиротливый кусок хлеба: из-за Уголька, который, стоило мне отвернуться, слизал с него мед! А я вообще-то сама собиралась этот мед слизать.

И нет, я не украла его с кухни, как можно было бы подумать. Фифи дала мне целую банку, сказав, что «господин Первый советник просил проследить, чтобы ты не умерла с голоду».

«О. Но при чем здесь мед?»

Огромную и немного липкую банку я едва могла удержать в руках.

«А я откуда знаю? Сказал тебе отдать! И… ты сегодня ела? Если не ела — поешь! А то он мне голову отрубит!»

«Кто — он?»

«Он!» — округлила глаза Фифи.

Я хотела отказаться, конечно.

Но… это же мед.

Я его обожала, когда-то, во времена жизни в приюте, душу готова была продать за любое лакомство с медом. Даже в доме Кориана никогда не отказывалась от медовых пирожных, хотя наставницы недовольно отмечали, что тонкая талия для приличной женщины должна быть важнее.

В общем, я не устояла. Должно быть, Кориан в самом деле заинтересован в том, чтобы мама его сына не отбросила ноги. Не леди Ликс ведь о нем заботиться, верно?

А потом заметила, что все три служанки как-то незаметно принялись присматривать за тем, сколько я ем, и при любом удобном случае пытаться накормить.

— Уголек, ты не подскажешь… — начала я и осеклась.

Вместо того, чтобы виновато прижать уши к голове, Уголек вдруг низко заворчал и двинулся вглубь комнаты.

— Ты что, Уголек? Это же Гарри! Не бойся, он не кусается! Это…

— Саргас не кусается? — дрогнувшим голосом спросил Гарри. — Да он небольшую армию может порвать и не запыхаться.

— Саргас? — переспросила я и обернулась.

Глаза Гарри расширились от испуга, зрачки были тонкими, как лезвия, глаза поблескивали драконьим серебром.

— Это варг. Зверь-хранитель, — пробормотал он. — Питомец матери Кориана, тот еще засранец, никого, кроме нее, не любил. Я думал, он давно уже… Ну ты поняла.

О.

Услышанное не укладывалось в голове. С другой стороны — теперь понятно, почему Уголек так тепло относился к Кори и даже позволял дергать себя за уши.

Но почему тогда он рычит сейчас?

Уголек как-то подозрительно прижался к полу, как будто собирался напасть, и мне пришлось выступить вперед.

— Ты что творишь? — возмутилась я.

Тот выпрямился и вопросительно скульнул. Варг? Да ну. Пес псом. Еще и мед ворует. Какой еще зверь-хранитель?

— Так гостей не встречают.