— Мам, — послышался голосок. — А кто мой папа?!

Мама замерла над книгой и подняла брови. Она ждала этого вопроса и готовилась к нему. Дело в том, что демоны обычно растут в полных семьях. Такая семья, как у нас, это — большая редкость.

— Я слышу, что везде есть папы, а у меня только мама, — мне кивнули в сторону стенки. «Пиши список! Прадед с того света раз, двоюродная тетка Виль… как — то там… Ну та, что на нашей свадьбе убила половину гостей! И срочно нужно вызвать моего кузена! Ну и что, что он только что вернулся из тюрьмы! Вызывай!», — слышался деловой мужской голос.

— Твой папа, — вспомнила я одну человеческую книжку «Как объяснить ребенку, что мама была молода, глупа и неопытна». — Летчик!

Я вспомнила, как он летел с обрыва вниз, а я стояла, прижимая к себе младенца.

— В прошлый раз, ты говорила, что он — космонавт, — заметил малыш, рассматривая камень.

— Ну и немножечко космонавт, — с улыбкой ответила я, вспоминая, как пробила головой мужа потолок. — И даже чуточку полярник!

Я помнила, как по обоям растекался лед. А я стояла с вытянутой рукой, прижав к себе плачущего сына.

— А потом вы спрашиваете, почему мы, демоны, злые… — шипела я, собирая когти вместе, чтобы усилить заклинание. Мне в плечо уткнулся совсем малыш, сжимая кулачками мои волосы.

Все начиналось банально. Я была преуспевающим специалистом по контрактам в крупной адской компании. И однажды я пришла на вызов, а там он… Я выполнила все его требования и назначила ему срок. Год. Через год его душа должна была отойти мне. Я и так дала максимальный срок, за что получила нагоняй от начальства. А потом он вызвал меня снова. Просто поговорить. Он стал вызывать меня каждый вечер. Мы гуляли, разговаривали.

Он рассказывал мне, что такое доброта, милосердие и понимание. Мы вместе кормили бродячих кошек и голодных уток на пруду. Постепенно доброта стала для меня частью жизни.

«В тебе есть что-то светлое», — улыбались его глаза.

И я сама не заметила, как влюбилась. Я взяла декретный отпуск. И у нас родился мой чудесный малыш. Но срок контракт подходил к концу… И я решила сделать любимому подарок. Я пробралась в офис и стащила его контракт, решив, что мы с ним вместе его сожжем во время романтического ужина.

Но…

Вернувшись домой, я застала страшную картину. «Не смей забирать мою душу! Или я уничтожу это отродье!», слышался дрожащий голос. А на его руках плакал мой ребенок.

Так я узнала, что любви не существует. Что доброта — это всего лишь салфетка, которой вытирают кровь.

— Мам, а какого цвета глаза у папы? — спросила меня кроха.

Глаза? Цвета?

Я поймала себя на странной мысли, что не помню. Ни цвета глаз, ни цвета волос.

— Такие же, как у тебя, — неуверенно ответила я, листая книгу и пытаясь вспомнить хотя бы черты лица.