Не спрашивайте зачем. Просто так. Смешно.

ЦЕНЗОР. Почему?

АВТОР. Да не спрашивайте вы, почему. Он должен найти тело Джульетты только во втором акте.

ЦЕНЗОР. Так.

АВТОР. А он появляется на сцене, когда Джульетта ещё жива и путает всю пьесу, всё ставит с ног на голову.

ЦЕНЗОР. Но ведь он знает пьесу?

АВТОР. Конечно."

"ЦЕНЗОР. Как же он может появиться раньше времени, это неправдоподобно.

АВТОР. Да, конечно, но хорошие актёры смогут это оправдать.

ЦЕНЗОР. Да, похоже, этот Шекспир был писатель так себе.

АВТОР. Да нет, как раз это была моя идея, Шекспир тут ни при чём.

ЦЕНЗОР. ...

АВТОР. Я продолжаю. (Читает.) “И тут священник поднимает свои вставные челюсти, которые выскочили у него изо рта и запрыгали по сцене”.

ЦЕНЗОР. Вот, чего я не могу понять. Этот святой отец постоянно теряет свои вставные челюсти, что это значит?

АВТОР. Это коронный трюк нашего ведущего актёра.

ЦЕНЗОР. Коронный трюк?

АВТОР. Можно сказать, что публика за этим и приходит в театр.

ЦЕНЗОР. Чтобы посмотреть, как он теряет свои вставные челюсти?

АВТОР. Точно.

ЦЕНЗОР. Это за пределами моего понимания.

АВТОР. Я продолжу. “О, мой Ромео...”

ЦЕНЗОР. Достаточно.

АВТОР. Достаточно?

ЦЕНЗОР. Я уяснил основной смысл.

АВТОР. Почувствовали юмор?

ЦЕНЗОР. Я не могу разрешить эту пьесу ни под каким видом.

АВТОР. Господин Цензор...

ЦЕНЗОР. Моя совесть гражданина и человека не позволяет мне сделать это.

АВТОР. Подождите минуту.

ЦЕНЗОР. Извините, но я не могу понять, какие мозги надо иметь, чтобы смеяться над этим.

АВТОР. Это потому, что я не умею играть как актёр. Если бы здесь сейчас были настоящие актёры, вы бы увидели, как это может быть хорошо.

ЦЕНЗОР. ...

АВТОР. Очень вас прошу, пожалуйста, дайте нам ваше разрешение, я вам обещаю, что эта пьеса будет очень смешной.

ЦЕНЗОР. Я не хочу, чтобы у вас создалось неверное впечатление. Я веду с вами этот разговор не ради собственного удовольствия.

АВТОР. Я вас умоляю!

Автор сгибается в нижайшем поклоне перед Цензором. Цензор уставился в рукопись.

(сдаваясь) ...Ну что ж, извините за беспокойство.

ЦЕНЗОР. Что будете теперь делать?

АВТОР. Пойду в театр, посоветуюсь с Кинканом.

ЦЕНЗОР. О чём?

АВТОР. До премьеры всего лишь две недели осталось. Если мы не сможем играть эту пьесу, надо решить, что мы можем показать взамен.

ЦЕНЗОР. У вас есть что-нибудь в запасе?

АВТОР. Придётся сляпать что-нибудь из уже когда-то игранного.

ЦЕНЗОР. И у вас повернётся язык назвать это спектаклем?

АВТОР. Не знаю. Но другого выхода всё равно нет. Всего доброго. (Направляется к выходу.)

ЦЕНЗОР. Задержитесь, пожалуйста, на минуту.

АВТОР. ..?

ЦЕНЗОР. ...Я вовсе не хочу уничтожить ваш театрик.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. У меня ведь тоже есть сердце, знаете ли.

АВТОР (вздыхает с облегчением). ...

ЦЕНЗОР. Давайте-ка поразмыслим. (Делает вид, что глубоко задумывается.