Отступила тихонечко еще подальше. Совершенно без сил плюхнулась на первый попавшийся стул. Во всем теле была невыносимая легкость — даже перед глазами, кажется, посветлело. Хорошо-то как!

— Ты думаешь?.. — неуверенно протянула Дженни.

Олав встал рядом с ней и взял за руку. Их пальцы крепко переплелись. Два одинаковых скромных обручальных кольца белого золота. Кажется, не только нам с Морвином не терпелось.

— Даже не сомневаюсь.

Она взмахнула другой рукой, и посреди нашей идеальной аристократической гостиной прямо из пола пророс здоровенный куст. Бедная бабушка! У нее сегодня сложный день.

"

"Откуда выпрыгнула белка, я так и не заметила. Возможно, из кармана Олава. Перепрыгнула на куст и принялась обирать с него орехи, восторженно стрекоча.

— Растительная магия, — кивнул Олав. — И почему я не удивлен? Вместе с моей анимагией — идеальное сочетание.

И кажется, белка была с ним полностью согласна.

Я никогда не думала, что можно быть такой счастливой.

Я никогда не думала, что мамины руки так вкусно пахнут.

Я никогда не думала, что увижу слезы на папиных глазах.

Глава 80

В круглой башне, в нашей с Джен комнате ночевала теперь я одна.

Вымылась как следует в настоящей ванне, переоделась в ночную сорочку и не чувствуя под собою ног, упала на спину на постели, раскинув руки. Долго-долго смотрела в потолок, снова и снова прокручивая перед мысленным взором события прошедшего дня, и улыбалась.

Но скоро воспоминания закончились, я как следует, от души нарадовалась, и к радости добавилась грустинка.

Я прикинула, что Морвин сейчас, должно быть, только добрался до соседнего острова и хорошо, если раздобыл уже лодку.

Потом ему еще двое суток добираться до Ти, чтобы получить новый артефакт перехода… Я вздохнула. Нестерпимым соблазном стало воспользоваться своим камнем и отправиться к нему. Тем более, что меч Морвина с артефактом бережно хранился в глубине моего платяного шкафа. Но во-первых, я обещала ждать его здесь, еще разминемся. Во-вторых, по отношению к родителям это будет несправедливо, снова уходить — я и так перед ними сильно виновата. Ну и в-третьих… я действительно очень, очень сильно устала. Хватит геройствовать. Мне пора учиться думать не только о себе.

И все-таки. Два дня. И это в самом лучшем случае.

Я умру.

Я подскочила, как ужаленная, когда в глубине комнаты заклубился темный дым, принимая очертания человека.

— Стой, замри! Не шевелись! — крикнула я Морвину, и он застыл на середине шага, удивленно изгибая бровь.

Со всех сторон к нему метнулись шипастые плети белых роз, со свистом рассекли воздух. Угрожающе зависли в каких-то дюймах у лица, груди, спины…

— Замок, фу! — строго сказала я. — Это свои! Это… муж мой, в общем.