Но, похоже, исчезло кое-что другое. Волосы подозрительно порыжели, хотя огненное свечение потухло после ментального удара. И лицо — я уже не была уверена, какое увижу в зеркале.

— Принцесса Элизабет? — вдруг произнес Ррахх.

ГЛАВА 30

Кто? Где? Я еле оборвала собственное желание оглядеться.

— Лиз? — изумленно пробормотала сзади Саи.

Элизабет? Элиза? Я?!

Пять пар глаз уставились на меня — все, кроме дракона, который продолжал закрывать своей спиной. Обнаженной и чешуйчатой, между прочим.

Почти непроизвольно я скосила глаза вниз, осознавая, что едва ли он оборачивается в одежде.

Ох, да твою ж, он же читает мои мысли! Всегда бессовестно читал!

Или не всегда?

Невозможно, чтобы кто-нибудь беспрепятственно лазил в голове принцессы!

Принцессы…

Шокирующая идея странным образом укоренилась, проросла в мыслях и даже понравилась. Словно все наконец-то встало на свои места. Хотя ничего, конечно, не встало! У меня же прорва воспоминаний о жизни на Земле!

И почти такая же прорва воспоминаний о детстве в королевском дворце рвалась откуда-то из-под блоков.

— Объяснитесь, — потребовал суровый декан боевого.

— Именем короля я забираю Лиз Королеву, — отозвался Наареш, явно не собираясь ничего объяснять воинственным преподам.

— Сначала вы откладываете установку клейма на очень опасном архе Зеллане. Теперь хотите увести из Академии второго потенциального арха? — мой титул декана не впечатлил.

Клеймо? Что-то мне это слово совсем не понравилось.

И воспоминание, которое оно за собой потянуло — тоже.

Как управлять мощной, неуправляемой силой? Разумеется, чем-то, что может контролировать ее извне.

Клеймо, значит."

"— Принцесса Элизабет? — вкрадчиво встрял молчавший дотоле Ротан. — Боюсь, мие Наареш, в данном случае даже имя короля вам не поможет. Перед Академией все равны, и если у дочери короля проснулись способности… вы ведь знаете, она обязана пройти обучение и все, что с этим связано.

«Все, что связано» — ох, как же мне не нравилась эта фраза! Как и «проснулись способности».

Они не проснулись. Точнее, проснулись уже давно… в далеком детстве.

Отец тщательно скрывал, учил меня контролировать, нанял верного наставника, которому платил за молчание. Но силы все равно росли, увеличивались, множились…

А еще я с грустью поняла, что не знала мамы. Настоящей. Она ушла слишком рано, оставив в памяти лишь светлое пятно и несколько портретов на стенах замка.

Отец заботился о единственной дочери как мог. Учил всему, готовил к тому, что ей предстоит стать правительницей. Искренне надеялся, что она сможет скрывать свои силы.